Заберу твоего мужа (СИ)
— Ты же понимаешь, что чтобы увести мужчину, тебе придется с ним спать, — пытается меня отговорить подруга. — Он, конечно, красавец, но он почти на пятнадцать лет старше тебя. — Мне все равно. — Да ты не можешь, Эля. Я тебя знаю. Как только дело дойдет, если дойдет, то ты сбежишь. — Я не отступлю. — Не обижайся, но он может на тебя и не клюнуть. Так, может, разок использует. У него наверняка таких как ты — вагон и маленькая тележка. Серьезно, Эль, эта дрянь того не стоит. Ты можешь влипнуть. — Я уже все решила. Месть — опасное чувство. И теперь я жажду его больше всего. Полина Андреева заплатит за то, что разрушила брак моих родителей. За смерть моей мамы. Я не успокоюсь, пока не разрушу ее жизнь и не лишу ее самого дорогого — ее жениха миллиардера. Даже если при этом разрушу саму себя.
Я даже не пытаюсь сдерживать своих эмоций, совершенно забылась, и слегка затихаю только тогда, когда его губы вдруг оказываются выше. Прокладывают дорожку поцелуев, но теперь уже наверх. Он снова жадно накрывает мои губы своими, проникая языком глубже.
— М-м… — мычу, ощущая теперь его пальцы, которыми он делает все для того, чтобы довести меня до крайней точки.
Напряжение внизу живота нарастает, и, кажется, что если сейчас в одну секунду все прекратить, то я просто не вынесу. Мое тело не выдержит такого разочарования.
Ярослав словно чувствует мое состояние и делает свои движения пальцами более быстрыми, сильными, когда это необходимо.
Резко отрывается от моих губ, чтобы ловить мои стоны.
Выдохнув свой протяжный стон от яркой вспышки удовольствия, я слегка впиваюсь ногтями в его плечи, затем получаю короткий горячий поцелуй в шею, после которого Ярослав отстраняется.
Перед глазами все плывет. Я чувствую себя едва живой. Чертовски расслабленной.
Вернувшись ко мне, я понимаю, что он тоже до конца разделся, пока я была словно не в себе. Накрыв мое тело своим, Ярослав без промедления заполняет меня собой, заставляя пусть и коротко, оглушить его и саму себя от рвущей словно на части боли. От нее меня бросает еще в более сильный жар. Но эта боль быстро отступает и наступает более тянущая, когда он приходит в движение.
Как может, Ярослав пытается меня расслабить, делая плавные движения бедрами и не оставляя мои губы ни на секунду. Да я и сама ему подыгрываю, не собираясь жаловаться, особенно после того, что он сделал вначале.
Уже спустя минуту боли почти нет, лишь дискомфорт и нарастающее, ни на что не похожее удовольствие, на которое я настраиваюсь. От понимания, что я делаю это с человеком, в которого почти влюблена и который возможно влюблен в меня, я расслабляюсь еще сильнее, отдаваясь целиком и полностью.
А когда все кончается, я не чувствую того, что боялась почувствовать. Стыд — несомненно есть. Неловкость — сполна. Но чувство опустошенности… нет, его больше нет.
— Пойдем со мной в душ, — предлагает он. Я слегка дергаюсь от его голоса. Такая тишина стояла пару минут. Звенящая.
— Я лучше одна, — тихо проговариваю я, приподнимаясь всем корпусом. — Можно, я первая? — смотрю на него довольного и расслабленного. Я и сама такая. Саднит немного, но не страшно.
— Конечно. Можешь взять в шкафу мою рубашку. В ванной есть полотенца.
— Спасибо, — тороплюсь подняться, но встав на ноги, меня слегка ведет в сторону. Я еще этот стыд. Но какой смысл стыдиться сейчас вот так перед ним разгуливать, после того что было. Не получив ни единого комментария, я сбегаю в шикарную ванную, где стараясь не намочить волосы, принимаю быстрый душ.

















