Забудь меня

Гребаный пиздец! Марк возненавидит меня. Я сейчас, возможно, лишаю себя возможности вернуть нашу дружбу, но Лиза мне важнее.

— Я все сделаю, — шипит Марк.

— Мне не принципиально, чтобы ее вывел и удерживал именно ты, — говорю я. Надеюсь, он поймет, что я намекаю на Ваню.

— Хорошо. Я кину адрес, где ее забрать.

— Буду ждать.

Отключаюсь, бью кулаком в стену. Ненавижу себя сейчас. Представляю лицо Лизы, когда верну ей кулон. Уверен, она будет счастлива. Это простое украшение слишком дорого для нее. Верну кулон и сделаю ей предложение. Не хочу больше с ней расставаться."

"Заканчиваю дела. Собираю свой чемодан, еду в аэропорт. Спать не могу. Переживаю, чтобы Марк с Ваней сработали грамотно, не упустили. Успокаиваюсь, когда получаю сообщение от Марка. Вижу адрес квартиры Вани. Все-таки уловил мой намек. Попросил о помощи друга, а он не смог отказаться. Эх, парни, как мне вас иногда не хватает. Надеюсь, однажды я смогу поговорить с вами по душам, все рассказать, объяснить, вернуть наше общение. Сейчас нельзя сближаться с ними. Это опасно. У меня не должно быть слабостей, чтобы отцу некуда было бить.

Прилетаю в столицу, называю водителю адрес Ваниного дома. Я не хочу откладывать встречу с Машей. Надо разобраться с этой шлюхой и скорее ехать к моей девочке. Пишу сообщение Ване, что подъеду через 40 минут. Когда оказываемся у дома, начинаю нервничать. Из машины не выхожу. Подбираюсь, когда вижу, что дверь подъезда открывается. Ваня выталкивает на улицу Машу. Она ведет себя как-то странно. Виснет на нем, поцеловать пытается. Шлюха — она и есть шлюха. Мерзость. Ваня отворачивается от нее, что-то говорит. Маша улыбается. Она не под кайфом случайно? Совсем неадекватная. Ваня открывает дверцу пассажирского сидения. Толкает Машу внутрь. Она вскрикивает, замечая меня.

— Примите, распишитесь, — говорит Ваня, зло смотрит на меня. Все понимаю, проглатываю его ярость.

— Спасибо, — говорю я.

— В жопу себе засунь это «спасибо». Гондон ты, Сеня.

Хлопает дверцей. Миша удивленно смотрит на меня в зеркало дальнего вида. Я улыбаюсь ему.

— Ему можно, — коротко говорю я. — На «яму» поехали.

— Ч-что за «яма»? — Маша начинает дрожать. И куда подевалась вся смелость?

— Скоро узнаешь, — только отвечаю я.

Пишу сообщение Мише, чтобы собирал парней. Он читает мое сообщение, смотрит на меня, кивает. Я больше не произношу ни слова. Маша начинает давить на жалость. Актриса погорелого театра. Плачет, умоляет отпустить. Пытается прикоснуться, я грубо отталкиваю ее руки. Предупреждаю, что прикоснется еще раз, сломаю ей пальцы. Теперь она тихо скулит. Зато хоть молчит.

Мы подъезжаем на склад, который я называю «ямой». Здесь провожу личные беседы без свидетелей. Об этом месте мало, кто знает. Парни уже ждут свою добычу.