Забыть нельзя вспомнить

Не теряя время на любование его безупречным торсом, Рита спустилась ниже и, вытирая вновь выступивший на лбу пот, приступила к джинсам. Расстегнула ремень, ширинку, с трудом стащила штанины. На нём остались лишь чёрные боксеры с лейблом ""Дольче"" и носки.

Марго закусила губу, замышляя, что же делать с его нижним бельём. Для большей достоверности лучше, конечно, от него тоже избавиться, но она вдруг смутилась, представив его полностью обнажённым. И в то же время ей было ужасно интересно посмотреть…

Преодолевая стыд, она всё же ухватилась руками за резинку боксеров и, зажмурившись, резко дёрнула вниз.

Медленно приотрыла один глаз, второй. Вылупилась, прикрыв рот ладошкой, ощущая, как горячая краска равномерно заливает щёки. Ох, ну ничего себе. Ничего себе! Абсолютно голый босс лежал перед ней во всей красе.

Стало безумно стыдно, ощущение того, что она делает глупость обострилось в стократ. Возникла мысль одеться и убежать, оставив всё как есть.

Она сумасшедшая! Если всё откроется, отец первый же её и придушит! Мокрого места не оставит!

Но ведь он сам учил её не сдаваться на полпути, верно?

С огромным усилием вытянув из-под Набиева край простыни, накинула струящийся шёлк ему на бёдра. Шустро опустилась на пол, нашла среди вороха скинутой одежды свою сумочку и достала телефон.

Примостившись рядом с обнажённым шефом, Марго положила его безвольную руку себе на плечо, спутала волосы и сделала несколько селфи.

Внезапно Ян Романович зашевелился, нахмурив брови, что-то промычал и, повернувшись на бок, прижался к ней ближе. Опасно близко.

Всё. Назад дороги нет.

Часть 133

* * *Рита открыла дверь и устало вошла в залитую солнечным светом прихожую. Небрежно сбросила заляпанные дождевыми брызгами туфли. Отца, конечно же, взбесит её выходка, но этим утром ей было всё равно на его брюзжание.

Она чувствовала себя разбитой и опустошенной. Выжатой, грязной и почему-то использованной. Хотя винить было некого — она сама заварила эту кашу и пенять теперь могла только на себя.

— Господи, доченька, ты где пропадала? — выбежала из спальни мама. Бледная, с покрасневшими глазами — следы бессонной ночи.

Следом вышел отец и буквально взревел:

— Ты видела, сколько сейчас времени? Видела? Ты почему даже не позвонила!

— Я очень устала. Можно я сначала посплю, а потом отвечу на все ваши вопросы… — едва перебирая ногами, она намерилась пройти в свою комнату, но отец не дал ей этого сделать: больно схватил за запястье и резко дёрнул, подтягивая к себе.

— Ты где шлялась всю ночь? — прошипел сквозь зубы.

— Я же говорила, у Бабкина был день рождения, в клубе. Пусти, больно же! — она выдернула руку, растирая пальцами запястье.