Zадача будет выполнена! Ни шагу назад

 – Понял?

– Так, – тут же закивал головой «сортирный» пленный, как только я освободил его рот, – плькы я николы по рации не размовляв. Можуть догадаться, шо здесь шо-то не так!

– Мы-ы-ы, мы-ы-ы! – замычал второй пленный, которого Сыч и Пестик захватили в одном из дотов передней линии.

Я вновь заткнул рот первому языку, а у второго, который сейчас мычал и активно давал понять, что готов к сотрудничеству, наоборот, выдернул кляп из глотки.

– Я! Я! Я вам помогу. Я радист и знаю кодовые фразы, которые необходимо сообщить, чтобы на той стороне понимали, что у нас все хорошо.

Я свой, я русский. Я из Москвы!

О как! Да у нас тут перебежчик, коллаборант.

– Отлично, – кивнул я. – Тогда «тапок» в зубы и выходи на связь. Скажешь, что вас обстреляли, вы отбились, но есть «трехсотый». Нужна эвакуация, как только рассветет. Если запорешь все, то я тебе нож в яйца вгоню, – тут же пригрозил я.

– Хорошо, – кивнул парень, – только убейте этого, – кивнул он на первого языка.

– Зачем? – опешил я от такого предложения.

– Ну, вы же потом нас обоих в плен отправите, и если остальные пленные узнают, что я вам помогал, то меня, скорее всего, убьют.

В общем, если хотите чтобы я вам помог, то пристрелите его. А я вам взамен расскажу все, что пожелаете.

– Ладно, – спустя пару секунд недолгого раздумья кивнул я, вытаскивая нож.

Вновь замотал рот второму пленному и как бы невзначай столкнул его на бок, чтобы он не мог видеть первого пленника.

«Сортирный» язык слышал наш разговор. Когда наши взгляды встретились и украинский вояка увидел у меня в руках нож, он испуганно выпучил глаза, побледнел и стал исступленно мычать, дергаясь всем телом.

Ухватив бандерлога за шиворот, я скинул его на пол, навалился сверху, замахнулся ножом и с силой ударил своим клинком труп ближайшего ко мне мертвого украинца, который лежал в мешанине тел на топчане. Прижал указательный палец к губам и подмигнул пленному, как бы говоря: «Молчи, и все будет хорошо!» Потом еще несколько раз ударил ножом труп лежавшего рядом расстрелянного укропа.

Пленник понял меня и несколько раз испуганно подмигнул в знак согласия.

– Ну все, он готов! – произнес я, поднимаясь с колен.

Повернулся ко второму пленнику, демонстративно вытер окровавленное лезвие ножа о рукав его куртки.

– Как зовут? Какое звание? Давно служишь укропам? – начал я задавать вопросы.

– Денис Капустин, – нехотя отозвался пленник, – фельдфебель. Служу в РОА с самого начала ее образования в две тысячи двадцатом году.

– Власовец? – уточнил я.

Собеседник молча кивнул, искоса глядя на тело только что «зарезанного» мной его боевого товарища. Ему не было видно тело «покойника» целиком, Капустин видел только ноги.