Загадка туристического агентства

Лешка очень рассчитывал, что за месяц Ахметов остынет. Однако Моя Длина возразила:

— А Маратик дома сидеть отказался. Он говорит, что предок ему сегодня купит электронную коляску для инвалидов. И он завтра на ней припрется в школу. То есть Олесь его на джипе до школы довезет, а дальше он сам.

— Фиг ли он по лестнице на своей электронной коляске поднимется, — еще на что-то надеялся Пашков.

— По лестнице его тоже будет поднимать Олесь Убейволк, — пояснила Школьникова. — Дядя Хама приставил его к Марату, пока гипс не снимут. Иначе, говорит, сын еще себе и руки сломает.

— Чуяло мое сердце… — завел свое Темыч.

— Ты лучше о Лешке подумай, — перебил Женька.

— Действительно, — заволновался Пашков. — Если бы Марат просто по школе на костылях шкандыбал, это бы для меня никакой опасности не представляло. А хорошая электронная коляска ездит почти со скоростью автомобиля.

— Вот я и говорю! Попух наш Лешка! — с трагическим видом воскликнул Женька.

«Лучше бы Марат сломал руки, — подумалось Лешке. — Хотя нет. Все равно бесполезно. Он бы меня догнал, а потом по башке — гипсом». И от одной только мысли о боксерском ударе гипсом Лешка зажмурился.

— Ай-ай-ай, Лешенька, — нараспев произнесла Катя. — Плохо твое дело, да?

— Прорвемся, — с вымученной улыбкой откликнулся тот, однако на душе у него скребли кошки.

Всем в две тысячи первой школе было известно, что под «откровенным разговором» Марат подразумевает грубое физическое воздействие.

— Надо тебе на справку садиться, — с сочувствием посмотрел Женька на Лешку.

— Да уж, Ребенок, это единственный для тебя способ выжить, — процедила сквозь зубы Моя Длина.

— Пашковы не отступают! — вспыхнул Лешка. — И вообще, хватит, — пресек неприятный разговор он. — Как-нибудь сам разберусь.

Оптимист по натуре, Лешка уже обдумывал новый план. Коляска, пусть и быстроходная, может передвигаться только в свободном пространстве. Значит, Марат, судя по всему, попытается догнать его, Лешку, в каком-нибудь из коридоров или, например, в вестибюле. Исходя из такой посылки, надо просто глядеть в оба. Тем более что во время перемен в коридоре шастают толпы народа, и Марат на своей коляске там особо не разгонится. Даже с помощью Убейволка. То есть Лешка всегда успеет смыться. А там, глядишь, Марат и вообще оттает. Сколько, в конце концов, можно злиться из-за какой-то трещины.

Поняв это, Пашков почти совсем успокоился.

— Пойдем, Машка, по сигарете выкурим, — предложил он.

— Бросила, — коротко отвечала Моя Длина.

— Когда? — изумился Лешка.

Вся компания тоже с большим удивлением посмотрела на Машку."

"— Сегодня, — поморщилась девочка. — До окончания конкурса ни одной сигареты. Иначе у меня будет плохой цвет лица.

— Он у тебя, Машка, всегда хороший, — пылко заверил Пашков.