Загадочное происшествие в Стайлзе

Как он мог усомниться, что человек в характерной одежде, с бородой и очками на самом деле не Алфред Инглторп?

– Возможно, – согласился я, завороженный красноречием Пуаро, – но если все происходило именно так, то почему же он не сказал, где был в понедельник в шесть часов вечера?

– О! В самом деле, почему? – успокаиваясь, произнес Пуаро. – Если бы его арестовали, он наверняка сказал бы, но я не хочу допускать ареста. Я должен заставить его увидеть всю тяжесть и серьезность положения. Разумеется, за его молчанием таится нечто дискредитирующее. Если Инглторп и не убивал жену, он все равно мерзавец и у него есть что скрывать, помимо убийства.

– Что это может быть? – попытался я догадаться, покоренный на какое-то время доводами Пуаро, хотя все-таки продолжал сохранять некоторую уверенность в том, что сам собой напрашивавшийся вывод был правильным.

– Не можете угадать? – улыбнулся Пуаро.

– Нет, а вы?

– О да! У меня уже какое-то время была маленькая идея… и она оказалась верной.

– Вы мне ничего не говорили, – упрекнул я его.

Пуаро, словно извиняясь, широко развел руки:

– Простите меня, mon ami, но вы в тот момент определенно не были simpathique[37] и не желали меня слушать.

Однако скажите мне… теперь вы понимаете, что он не должен быть арестован?

– Возможно, – с сомнением произнес я, а так как судьба Алфреда Инглторпа была мне совершенно безразлична, подумал, что хороший испуг ему не повредил бы.

Пуаро, пристально наблюдавший за мной, глубоко вздохнул.

– Скажите, друг мой, – спросил он, меняя тему разговора, – кроме мистера Инглторпа, ничьи показания вас не удивили?

– О, в общем, я этого и ожидал.

– Ничто не показалось вам странным?

Я тут же подумал о Мэри Кавендиш, но уклонился от прямого ответа и настороженно уточнил:

– В каком смысле?

– Ну, например, показания Лоуренса Кавендиша.

Я с облегчением вздохнул:

– О, Лоуренс! Нет, не думаю. Он всегда был нервным парнем.

– Как вам высказанное им предположение, что его мать могла случайно отравиться тонизирующим средством, которое принимала? Это не показалось вам странным… hein?[38]

– Нет, я бы так не сказал. Доктора его подняли на смех, хотя для непрофессионала предположение Лоуренса вполне естественно.

– Но мсье Лоуренса нельзя назвать непрофессионалом.

Вы мне сами говорили, что он изучал медицину и получил диплом.

– Да, это правда. Удивительно, как я об этом забыл! Действительно странно.

Пуаро кивнул:

– Его поведение было странным с самого начала. Лоуренс был единственным в доме, кто мог бы сразу же распознать симптомы отравления стрихнином, однако он один из всей семьи усиленно придерживается гипотезы естественной смерти! Я мог бы понять, если бы это был мсье Джон. У него нет медицинского образования, и он от природы лишен воображения.