Загадочное происшествие в Стайлзе

Я немного смутился, припомнив, как поспешно сообщил Джону то, что считал истинным мнением Пуаро о докторе Бауэрштейне. Между прочим, доктор был оправдан, так как сумел ускользнуть от выдвинутых против него обвинений. Но хотя на этот раз он оказался слишком умен и его не смогли уличить в шпионаже, все-таки ему основательно подрезали крылышки.

Я спросил Пуаро: как он думает, будет ли осужден Джон Кавендиш? К моему величайшему удивлению, он ответил, что, напротив, по всей вероятности, Джона оправдают.

– Но, Пуаро… – попытался я возразить.

– О друг мой, разве я вам не говорил, что у меня нет достаточных доказательств.

Одно дело знать, что человек виновен, и совершенно другое – убедительно доказать его вину. В этом деле слишком мало улик. Вот в чем беда! Я, Эркюль Пуаро, знаю, но в цепочке моих умозаключений не хватает последнего звена. И если я не смогу найти это отсутствующее звено… – Он печально покачал головой.

– Когда вы впервые заподозрили Джона Кавендиша? – поинтересовался я через некоторое время.

– Разве вы его совсем не подозревали?

– Нет, конечно.

– Даже после того, как услышали обрывок разговора между миссис Кавендиш и ее свекровью? А неискренность ее ответов на предварительном слушании дела?

– Нет.

– Вы не поняли, что к чему, и не сообразили, что это не Алфред Инглторп ссорился с женой? Вы помните, как усиленно он отрицал это на предварительном слушании? Это мог быть либо Лоуренс, либо Джон. Будь это Лоуренс, тогда поведение Мэри Кавендиш было бы совершенно непонятно. Однако, с другой стороны, если это был Джон, все объясняется необыкновенно просто.

– Значит, – понял я наконец, – это Джон ссорился тогда с матерью?

– Совершенно верно.

– И вы давно это знали?

– Конечно. Только так можно было объяснить поведение Мэри Кавендиш.

– И все-таки вы уверены, что Джон может быть оправдан?

Пуаро пожал плечами:

– Разумеется, в ходе судебного процесса мы услышим все относящееся к обвинению, но адвокаты посоветуют Джону сохранить право защиты. Все это выяснится на суде. Да, между прочим, я обязан предупредить вас, друг мой. Я не должен фигурировать в полицейском следственном разбирательстве.

– Что-о?!

– Официально я не имею к нему никакого отношения. Пока я не найду недостающего звена, я намерен оставаться в тени.

Миссис Кавендиш должна думать, что я работаю на стороне ее мужа, а не против него.

– По-моему, это низость.

– Нисколько. Мы имеем дело с умным и беспринципным человеком и обязаны использовать все, что в наших силах… Иначе он ускользнет! Поэтому я стараюсь оставаться на заднем плане. Все находки и открытия сделаны Джеппом, и все будет поставлено ему в заслугу. Если я буду давать показания, – Пуаро улыбнулся, – то, очевидно, в качестве свидетеля защиты.

Я с трудом верил своим ушам.