Заявление на увольнение (СИ)

— Я как-то не одета для такого случая.

— Пустяки! Ты прекрасно выглядишь, — закудахтала мама.

Они проста давили на меня. Это не женщины. Это прессовальные машины какие-то.

Ладно. Соглашусь. Что мне терять? Главное выйти на улицу. А там разойдёмся с ним в разные стороны.

— А когда нам нужно выходить? — обратилась я к «Маркуше».

— Уже, — он поднялся из-за стола и подал мне руку.

Мы вышли из подъезда. Марк достал ключи от припаркованного рядом автомобиля и щелкнул брелоком открывая дверь. Он помог мне сесть на пассажирское сидение и закрыл дверь. Сам сел рядом и завел двигатель.

— Марк, предлагаю довести меня до ближайшей остановки. Оттуда я доберусь домой.

Мужчина практически поменялся в лице. Он, явно нервничая взялся руками за руль и сжимая его посмотрел в окно.

— Марк? Что-то случилось? — я хотела дотронуться до его плеча, но сдержалась в этом порыве.

— Арина, я должен вам признаться. Вы умная, современная девушка и должны меня понять.

Он дышал тяжело и часто. Слова давались ему с трудом.

— Я слушаю, — шепотом произнесла я.

— Вы не подумайте, дело не в вас или в ком-либо еще. Дело все во мне… просто… мне не интересуют женщины. От слова совсем. — он резко посмотрел на меня, пытаясь найти во взгляде призрение или осуждение и тотчас отвернулся к окну.

— Господи, всего-то, — я облегченно выдохнула. Марк, вы знаете я абсолютно спокойно к этому отношусь, — сказала я и в успокаивающем жесте провела рукой по его плечу. Клавдия Матвеевна об этом знает?

— Нет, — он отрицательно замотал головой. Никто не знает. И не должен, — и снова посмотрел на меня.

— Это не мое дело. Вы можете не переживать, что кто-то об этом узнает от меня.

— Дело не только в этом. На работе ест парень. У нас все взаимно, — мужчина сглотнул. Но между коллегами уже ходят слухи, и я хочу опровергнуть их. Арина, помоги мне. Претворитесь моей девушкой на один вечер. Я буду вам очень признателен за это.

Мне стало до боли жалко его. Взрослый мужчина, а из-за своих нестандартных предпочтений, под прессом всеобщего мнения в нашей стране, должен скрывать и врать всем, даже самым близким людям. От чего становиться еще печальнее.

— Знаете Марк, а ведь все имеют право на любовь. И совсем не важно какая она — преступная, запретная, неразделимая, — я взяла его холодную руку в свои ладони. Я согласна сыграть роль вашей девушки и предлагаю сразу перейти на ты. А то странно будет, если мы будем выкать друг другу.

— Спасибо, — ответил он и понес мою руку к своим губам. Это было не пошло, нет. Марк сейчас выглядел, как большой нелюбимый ребенок.

— Только мне кажется, что моя я одежда не соответствует для данного мероприятия. У нас есть пол часа?

— Конечно.

— Отлично! Отвези меня домой. Я быстро переоденусь. Обещаю — мы произведем фурор.