Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Айдвариан заставил ее встать, захлопнул дверцу клетки и указал на кровать.

– Стели, – велел он.

– Нет, – ухмыльнулась совершенно безумной улыбкой Лания. – Если хочешь насиловать меня, а потом убить, то давай сам. Я и пальцем не пошевелю. Хочу посмотреть, как глава государства лично прислуживает своей неудержимой похоти.

Айдвариан окинул ее взглядо, и уголок его губ приподнялся. Эта полуулыбка сделала лицо человечнее.

Он не коснулся матраса и одеяла, лишь неуловимо пошевелил пальцами, подчиняя движение предметов своей магии.

Затем мужчина вышел вон.

Ламия заметалась по камере.

Она не находила себе места. Не пыталась укрыться в клетке. Ей вдруг стало все равно. Хотелось умереть немедленно, и одновременно пережить этот день. Она жутко устала, замерзла, проголодалась. Ее мышцы требовали отдыха, удобной позы, но девушка не останавливалась, продолжала ходить, пока дверь снова не открылась.

– Помоги мне, – сказал правитель, внося тяжелый поднос с едой.

Лания отпрыгнула к стене, но уловила вкусный запах и опасливо взяла из его рук ношу. Он швырнул на кровать платье.

– Одевайся.

Девушка поставила поднос на столик и без лишней стеснительности сбросила его пиджак на пол.

Ленты все еще обвивали ее тело, и она сняла их с нескрываемым удовольствием. Платье было длинным и теплым. Простой крой, красивая ткань. Лания скрылась в нем как в броне, задумываясь, сможет ли материал защитить ее от сильного мужчины, во власти которого она была.

– Рабское заклятье ужасно, – вздохнул он. – Но я думаю, что оно оберегает женщин. Такое рабство гуманнее. Если я сейчас тебя изнасилую, тебе будет хуже. Ни взаимного желания, ни покорности, идущей изнутри.

– Не будет, – возразила Лания.

– Ведь я останусь собой. Мне решать, хочу я тебя или нет. Если нет, то не получу никакого удовольствия и буду лишь рада. Насилие остается насилием, в какую обертку его не заверни. Но когда идешь против своей воли, испытываешь чужое желание, то потом хочется рвать себя на части. Лучше чувствовать отвращение к насильнику, чем к себе.

Помоги мне

Лорд кивнул, предлагая поесть.

Девушка взяла тарелку и набросилась на ее содержимое. Было очень вкусно. Голод не давал оторваться от еды.

Айдвариан смотрел как его жертва расправляется с пищей и думал.

Магия Дариморы все еще была в нем, и девчонка вызывала жуткие желания. Хотелось швырнуть ее на пол, растоптать и жестко взять. Так чтобы рыдала. Но почему-то держался. Ее слова будили в нем человека. Он смог остановиться, принести ей еду и одежду. Смог взять себя в руки, успокоить мысли. Это удивляло, потому что Меридит была права. С каждым разом эффект был все более сильным и долгим.

Лорд ел молча. Он прислуживал за столом сам, потому что весь персонал был распущен. В таком состоянии хотелось лишь одиночества.