Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

При этом желание никуда не уходит, сводит с ума, выматывает в тех особых снах, когда слышишь звон цепей, ощущаешь тяжесть ошейника, пытаешься найти границы своей боли, перейти их. Для этого надо признать кого-то хозяином, передать права. А ты знаешь, что я никогда не передаю их до конца."

"– На мой взгляд все как надо, – буркнул он. – Мне твои выходки дают понять, что ты в порядке. Для меня тоже сложно не перейти черту. Сегодня я видел, как ты испугалась по-настоящему, но иногда это упускаю. Сложно понять, что реально, а что нет и соблюсти баланс. Иной раз и разбираться не хочется. Я о том моменте, когда спросил про твоего бывшего.

– Ты мой бывший, – усмехнулась Беатрис и посмотрела ему в глаза, давая понять, что имела ввиду.

– Не говори так, пожалуйста. Быть твоим бывшим – удовольствие ниже среднего.

– А зачем ты спросил, если знаешь себя и представляешь, какими могут быть последствия?

Эритар обнял ее.

– Думала, мне сорвет крышу? Ну и на что я, по-твоему, способен?

Беатрис пожала плечами:

– Ты же сделал меня своей рабыней. Это уже о многом говорит.

– А я мог устоять, когда ты так меня желала? – взвился он. – Как вообще нормальный мужчина мог бы в такой момент остановиться?

Беатрис самодовольно улыбнулась. Да, ему пришлось сложно.

– Кстати, почему не спала с женихом? Что за бред? Как ты вообще собралась замуж за того, с кем не разделила постель?

– Тебя это задевает? – Беатрис потянулась в его объятиях. – У нас с ним как-то быстро все вышло. И он лез ко мне в неудачные моменты…

– Серьезно? – Эритар лишь покачал головой. – На других время нашлось, а на собственного жениха – нет? Ты ему по рукам била? Скажи.

– Для тебя удовольствие слышать об этом? Хорошо, я повторю еще разок: были другие и до тебя, и после, – Беатрис понимала, что учитывая признание, упоминание Антари не причинит боли и била в другие точки.

– Главное, что не во время, – Эритар заложил руки за голову и посмотрел в потолок.

Беатрис кивнула.

– Встречный вопрос, ты играл со своей женой в НАШИ игры? Или с кем-либо еще? Бил ли этой плетью другую женщину?

– Ты ревнуешь? – он перевернулся на бок и уставился на нее, будто бы желал прочесть как открытую книгу.

– Нет. – покачала головой Беатрис. – Я ревную, только когда люблю.

Он мог бы оскорбиться, но в ее глазах что-то было. Какой-то ехидный огонек, капля чего-то дурманящего и дразнящего. Пусть развлекается, пусть покажет свою силу.

– Я не играл с Эвиан. Не говорил ей, что мне нравятся такие вещи. Но я был с ней груб, если тебе интересно. Это никак не выходит контролировать, все равно получается жестко. Другие женщины воспринимают мои ласки как что-то унизительное, даже в том, что для меня совершенно нормально. То, как я держу, как касаюсь.