Закон притяжения

– Вы меня теперь такой представляете, господин Вальдек, да? – совершенно нормальным голосом осведомилась студентка Петра.

– Алфея… – выдохнул ректор, – вы меня…

– Простите, но меня вынудил так себя вести тот, с позволения сказать, портрет, которым вы украсили холл. Скажите, пожалуйста, кто автор этого шедевра? Нет, мстить я ему не буду, просто в глаза посмотрю… – Ага, посмотрю и, может быть, на месте их оставлю. Смотря по настроению. – Наверное, уже весь университет порадовался за меня.

– Его сейчас снимут, – обреченно согласился со мной ректор. – Я хотел как лучше. Простите, леди Алфея.

Он вызвал секретаря и отдал ему распоряжение немедленно убрать из холла злосчастный портрет.

– Господин Вальдек, я вам благодарна за все… ну, кроме этого живописного убожества. Я так счастлива, что абсолютно не хочется злиться… долго по крайней мере. Извините меня за маленькое представление. Я ведь совсем не изменилась, и нынешний мой титул – вынужденная плата за жизнь… Пожалуйста, относитесь ко мне как к простой студентке. Как и раньше…

Я так разговаривала с ректором только на правах почти родственницы. Господин фон Вальдек был близким другом отца и знал меня, что называется, с колыбели.

– Хорошо, госпожа Олмарк… э-э-э Леманская, – улыбнулся ректор, но как-то очень грустно. – Я рад, что вы остались прежней… Мы просто не знали, как нам теперь поступать…

– Мне кажется, что мое прежнее положение позволило сделать определенные выводы на этот счет. Но я думаю: недопонимания больше не будет? – уставилась я ректору в глаза. Он недоуменно поморгал, но головой кивнул. А у меня в душе поселились некоторые сомнения, но я не решилась их высказывать. – Вот и замечательно. Да, господин Сарториус просил передать, что завтра он к вам зайдет обсудить условия сотрудничества.

Я уже собиралась покинуть кабинет, но он задержал меня.

– Петра, у меня к вам есть одна просьба…

Господин Вальдек был явно смущен. Уж если он назвал меня Петрой, то ждать можно было чего угодно, вплоть до просьбы стать его крестной матерью. Я смотрела на него внимательно, боясь пропустить даже намек на эмоцию, но он попытался избежать моего прямого взгляда, что-то ища на своем столе."

"– Вы, конечно, можете отказаться…

Хорошо… Вы меня заинтриговали, дядюшка Генрих.

Каким-то седьмым чувством я поняла, что просьба ректора отнюдь не банальна, что тут кроется какая-то тайна. А тайны меня притягивают, как мух липучки.

– Я слушаю вас…

– Вы… ведь имели дело с призраком? – осторожно поинтересовался Вальдек.

О-о-о! Даже не знаю, как реагировать на такой поворот дела.