Закон ученого

Что ж, я знал, на что шел, и это был только мой выбор…

Примерно за километр до КПП «Дитятки» водила остановил машину.

– Дальше не поеду, не обессудь, – сказал он. – На Кордоне усиление, пулеметчики на вышках получили начальственные втыки и вообще краев не видят. Могут по машине очередью полоснуть, и ни фига им за это не будет.

– Понимаю, – сказал я. – Без проблем.

И вылез из машины, которая, лихо развернувшись, рванула обратно – подальше от нехорошего места, где шальная пуля запросто может прилететь из ниоткуда.

Я же сошел с дороги в лес, где переоделся в ярко-оранжевый костюм, которые носят работники филиала Научно-исследовательского института аномальных зон, расположенного неподалеку от охраняемого периметра. В такую мишень захочешь – не промахнешься, но стрелять в ученых побаивались даже наглухо отбитые охранники Кордона. Ибо подобное чревато не просто местными разборками с научной элитой страны, но и международным скандалом. Потому у меня были некоторые шансы добраться до КПП живым.

Сумку с гражданской одеждой я забросил в кусты – и пошел по дороге, где вскоре из-за деревьев показались знакомые пулеметные вышки, двойное заграждение из колючей проволоки, а также двухэтажное кирпичное здание контрольно-пропускного пункта с двойным пулеметным гнездом на крыше: один ствол крупнокалиберного ДШК, установленного на станок, направлен в сторону Большой земли, второй – в сторону Зоны…

Я прям кишками почувствовал, как повернулись в мою сторону минимум три пулеметных ствола: с крыши КПП и с двух ближайших вышек.

Понимаю охрану. Подозрительно, когда ученого к воротам «Дитяток» не на институтском автомобиле привозят, а он на своих двоих из леса вываливается.

Но я был один, какого-либо вменяемого огнестрела на мне не наблюдалось, а брать на себя ответственность за беспричинное убийство безобидной институтской ученой мыши вряд ли кому захочется. Давно ж известно, что эти придурки в оранжевых противорадиационных костюмах, не держащих даже пистолетную пулю, лазают везде, где нормальные люди не ходят. И то, что один из них вышел из леса, еще не повод превращать его в решето, нажив себе при этом знатный геморрой на свою голову.

Я же не спеша продолжал идти прямо к зданию КПП, и, войдя в «мертвую зону», недоступную для пулеметных очередей, немного выдохнул – ибо все же был неиллюзорный шанс, что кто-то из пулеметчиков нажмет на спусковой крючок, следуя жесткой инструкции стрелять в любой подозрительный объект, появившийся что из Зоны, что со стороны Большой земли.

Возле КПП уже стоял охранник-срочник с автоматом в руках, погонами сержанта на плечах и презрительным выражением на лице.

– Стоять, мля! – грозно сказал сержант, направляя мне в живот ствол своего АК.