Закон - тайга

— Отбой! Живо по палаткам! — не сдержался Лавров, ставший снова старшим охраны.

Наутро новички узнали новость от приехавшего из Трудового Ефремова: арестован Берия…

Лавров ничего не сказал Ефремову о вчерашнем дне. И тот уехал в село спокойным.

На следующий день старший охраны предупредил новичков, что завтра отправит их на работу вместе с бригадой Трофи- мыча.

— Обрубать сучья будете. Ветки на кучи складывать. Короче, посильным делом заниматься. Так вы восстановитесь быстрее, сил наберетесь.

Новички молча согласились. И только Андрей Кондратьевич сказал веско:

— Но ту гниду с нами не отправляйте. У нас свое мнение о таких.

— Вы еще не на свободе! Не в своей квартире, чтобы мне тут распоряжения давать. С вами он пойдет! И если хоть один волос упадет с его головы, вам всем не поздоровится! Понятно? Кстати, он у вас учетчиком будет! — Лицо Лаврова побагровело.

Утром палатки опустели. Лишь Митрич деловито управлялся у костров. Около него не оставляли охрану. Разве когда требовалась помощь: воды принести, нарубить дрова. Но и это теперь делалось заранее. И старик успевал везде сам

Время шло к обеду. Дед уже снял с огня котлы. Приготовил ложки, миски. Ждал. .

Прилег у костра на прогретую землю, вздремнул немного на солнышке по-стариковски. И вдруг словно кто толкнул в бок. Подскочил. Солнца не видно. Темно. Запах дыма застилал небо. Где-то в отдалении слышались крики людей.

— Пожар в тайге! — это Митрич нутром понял.

Он услышал, как гудело в лесу пламя, набирая силу. Раскалился воздух, трудно было дышать.

— Прозевали. Не углядели. Не смогли! — сетовал старик, чуть не плача от страха.

Он оглядывался в сторону темнеющего горизонта. Беспокоился за палатки, продукты. Как теперь уберечь все это? Куда нести? Одному не одолеть. А тайга — вот она, рядом. Возьмет огонь в кольцо крохотную поляну.

Митрич испуганно топтался на полянке, ждал, чтобы хоть кто-нибудь из охранников появился, помог бы ему, старому, общее добро спасти. Вскоре услышал топот бегущих из тайги людей, крики. Старик побежал навстречу и услышал:

— Куда? Старый, спасайся, пожар!

Мимо бежали условники, сучьи, фартовые, новички. Они словно ослепли. За ними следом неслась дымная, ревущая туча.

— Люди! Мужики! Стойте! А как же добро? Ить сгинет! Нешто не жаль?! Ить наше! Побойтесь Бога, анчихристы! Еще успеем спасти! — Митрич хватал за рубахи, за руки бегущих людей. Но те не слышали. — Господи! Я с голоду околевал. Детва пухла не жрамши! Нешто такая прорва харчей сгинет?! Не допусти! — плакал старик, вытирая глаза тощим жестким кулаком.

— Беги, Митрич! — крикнул кто-то в самое ухо обезумевшему от горя старику.

Он хотел бежать и не мог. Ноги, как ватные, перестали слушаться, будто в землю вросли.