Кротовский, не начинайте

А решение с прудом было бы самым простым.

— Ну а сами вы ходили вверх по Шуршанке? Смотрели? Может, русло забило? Может, нам вместо трактора бульдозер делать придется?

— Насколько могли ходили.

— Что значит, насколько могли?

— Там артель выше по реке… с охраной. Дальше нас не пускают.

— Что за артель?

— Этого нам неизвестно, барин. Но людишки там мутные, делишки у них темные.

— Ладно, попробуем разобраться.

Подъехал Комаринский грузовик, прибуксировав нам еще одну легковушку. Окунь пошел звать мужиков, чтобы откатить преобретение к гаражу, а я уже привычно залез в кабину рядом с подпоручиком.

— Какие планы на сегодня?"

"— Твоими стараниями, Кротовский, — мы с Комаринским еще вчера перешли на «ты» и он теперь обращается ко мне по фамилии, — Особо срочного ничего нет. Поедем, куда хочешь. Мы рейды по всей округе проводим.

— А скажи, подпоручик, — решаю воспользоваться любезностью, — Что там за артель выше по реке?

— Вот я тебе так скажу, Кротовский, — Комаринский вдруг помрачнел, — Я бы не стал называть добрым словом «артель» то, что там творится.

— Даже так?

— Артелью принято называть добровольное объединение людей для общего дела. Афонасий Клещов с доброй волей никак не совмещается.

— Не слыхал о таком.

— Лучше б и дальше не слыхал. Клещов ростовщик… беспринципная мразь. Ничем не гнушается. Людей в долги загоняет и сосет из них. Одно слово — Клещь.

— А выше по реке у него что?

— Если судить по названию, то у него там артель по добыче макров на Изнанке. А на деле на него там работают подневольные люди. Либо его собственные должники, либо каторжане.

— Погоди-ка, Комаринский. Как-то не сходится. Вся добыча растительных макров происходит под надзором МВД…

— Не вся, — возражает подпоручик, — В подобных глухоманях как наша отдают частникам в разработку. Еще и каторжных присылают для работ. Главное, чтоб туда… самому князю Мышкину отстегивал. Ну и в казну тоже что-то платит. Хотя в казну идут, я думаю, сущие копейки.

— Давай съездим, Комаринский. Те места тоже ведь входят в твою ответственность.

— Вот ты, Кротовский… ни за что бы туда не поехал. Но ладно, тебе отказать не могу.

Полтора часа мы тряслись на совсем уж ухабистой дороге. В кабине на сидениях еще ничего, а погранцам Комаринским на лавках в кузове пришлось, я думаю, очень не сладко. Ох, боюсь, вспомнят они меня добрым словом. Надо бы потом ребятам проставится.

Мы приехали к очередному поселению, но я впервые вижу в этой округе поселение, окруженное высоким капитальным трехметровым забором.

— Что, Кротовский, видишь теперь, какая здесь артель?

— Теперь вижу.

Выпрыгиваю из кабины и иду к воротам. Долго стучу. Но в ответ только захлебывающийся надсадный многоголосый злой лай. Наконец, кто-то невежливо выкрикивает с той стороны.