Замок на двоих. Королева неблагого двора

Я вскинула взгляд к его лицу и растворилась в огне, мечущемся в голубых глазах. В страсти радужка Кэйворрейна могла темнеть до самых глубоких оттенков индиго, а могла, наоборот, светлеть, доходя до прозрачности летнего неба.

Сейчас она светлела.

Муж наклонился, впиваясь в мои губы жадным поцелуем, подхватил на руки и отнес в постель."

"И сегодня в нашей постели происходило странное: сладость соседствовала с горечью. Я даже не подозревала, что такое возможно… Что мой король, лаская меня, будет так напряжен… Словно не жилами перевиты его руки, а канатами обязательств.

Словно течет в этих жилах не кровь – а черные, как самая жуткая ночь, воспоминания о погибших. И я понимала, что его страсть разбавлена желанием забыть, отстранить, хотя бы в постели избавиться от всего этого… перестать быть королем, превратиться просто в мужчину.

Я понимала его – потому что испытывала практически то же самое. Но понимала и то, что его боль, его долг – в разы глубже, больше, сильнее моих. И пыталась помочь. Смыть с него черноту. Поцелуями, прикосновениями, тем, что растворялась в нем, принимала его любым.

Я забирала мрак… но не становилась светом. Ведь даже ярко освещенная ночь все равно не станет днем, да ей это и не нужно.

Нужно иное. Дышать в унисон, ловить губами стоны друг друга, замирать от счастья, когда любимому хорошо.

Но при всем этом счастье – я не могла дать Кэйру то, что полагала главным.

А он не мог это взять.

И сегодня, хоть мы не первый раз ласкали друг друга, позволяя практически все, за единственным исключением… Сегодня мне было как никогда ясно – этого мало.

Я чувствовала эту неполноценность всем своим существом: никуда не девшейся человеческой сутью и новой, еще не раскрывшейся толком сутью фейри.

Оберон прав.

Мы должны консуммировать брак. Потому, что сейчас я, признанная, законная королева Неблагого Двора, – все еще не жена его королю.

Потому, что Темная королева не может быть связана никаким контрактом даже с собственным мужем.

Потому, что статус пряхи держит мою силу в стальных оковах.

Но, боги, как, как сказать это моему королю?!

И неужели он не понимает этого сам…

Час спустя мы достигли неба одновременно.

Ну а как еще назвать потрясающий тело взрыв, возносящий тебя на невероятную вершину блаженства? Слово «оргазм» слишком блеклое, слишком… статичное, плоское.

Я содрогнулась в тот же момент, когда вздрогнул и излился Кэйр. И это было прекрасно! Но только небо тоже оказалось твердым и плоским. По крайней мере мое…

Муж одним движением, словно в его теле не было костей, развернулся на постели, вновь оказавшись плечами на подушке, потянул меня на себя.