Замуж в наказание (СИ)

Я и сама не понимаю, зачем это делаю.

Поговорить бы начистоту, душу облегчить... Но в ответ на свою честность я получу новый удар. Разве можно наныть свою нужность мужчине? Разве я настолько низкопробный человек?

Нет.

Отбрасываю."

"Собираюсь и еду по адресу. Мне даже заходить в здание не хочется, но пересиливаю себя. Подхожу к стойке, называю ненастоящую фамилию и уточняю детали бронирования. Я выбирала быстро, мне было совсем не важно, как выглядит номер, насколько здесь хорошее спа и приличные люди.

Я понятия не имею, кто снимает номера в гостиницах нашего города. Но лицо вспыхивает, когда взгляд падает на стоящий на стойке прайс.

Я вижу цены за номера по часам и вдруг понимаю, зачем их могут снимать…

Одергиваю руки от дерева, чуть отступаю. Это замечает девушка, прослеживает за взглядом, хмыкает…

– Номер триста четырнадцать. Третий этаж, от лестницы направо. Приятного отдыха.

Киваю и тут же направляюсь прочь. Тянет, если честно, за дверь и домой. Она, наверное, подумала, что ко мне приедут. Стыд-то какой...

Но пересиливаю себя, поднимаясь по лестнице.

Здесь неуютно и совсем не безопасно. Эта гостиница далека от условий, в которых я привыкла жить.

Которые сначала обеспечивал мне папа, потом – Айдар.

Я думаю об этом и делаю себе еще хуже. Что я за ужасный человек? Почему не могу быть просто благодарной за то, что у меня есть?

Номер выглядит вполне опрятно. Не роскошно, но намного лучше, чем я успела придумать, поднимаясь. Несколько раз проверяю дверную ручку. Осторожно прохожу внутрь.

Сложно заставить себя прикоснуться к кровати. Не могу отделаться от мысли, сколько человек снимали этот же номер на несколько часов, чтобы…

Привычно не договариваю.

Туалетом и душем не пользуюсь. Сажусь на кресло, подбираю ноги. Гашу свет, включаю ночник… Смотрю в одну точку.

За окном темнеет. Мне кажется, что моя душа успокаивается. Убеждаю себя, что по-прежнему не жду никакой реакции от мужа, хотя на самом деле…

На глаза слезы наворачиваются. Как же сильно я хочу получить от него входящий и услышать в трубке: «Ты где, Айлин? Я тебя заберу…».

Пытаюсь сдержаться, но не выходит. Всхлипываю раз, второй, третий. Переползаю на кровать, прячу лицо в руках и плачу, свернувшись калачиком.

Господи, почему быть ненужной так сложно? Почему мне больно настолько?

Реву так сильно впервые с ночи несостоявшегося побега.

Мои чувства очень похожи. Но если влюбленность в Митю его предательство выжгло до основания, то Айдара, мне кажется, я люблю с каждым днем всё сильнее. Невыносимо думать, что он может так же трогать, так же целовать, так же прикусывать другую. Что ему всё равно. Что в этот момент…

Мечтаю провалиться в сон и опомниться утром, но не с моим счастьем.

То плачу, то затихаю. То ухаю на дно, то всплываю, чтобы вдохнуть.