Замуж в наказание (СИ)

– Симеиз, наверное, тоже…

Он хмыкает.

– Ностальгия и детский взгляд любое место красит. Как и невозможность попасть домой.

Айдар, конечно же, имеет в виду не то же, что переживаю я, но мне его слова отзываются. Я сама себе поставила запрет на возвращение в свой дом. Когда сниму – не знаю.

– С третьего курса — это… Долго… — От подсчета у меня даже мурашки по коже. Долго — не то слово.

Айдар снова кивает.

– Ешь.

Приказывает, и я, опомнившись, тут же слушаюсь. Еда здесь действительно очень вкусная, но разговор интересует меня больше. Поэтому, выдержав минимально необходимую паузу, продолжаю допрос:

– А родители к вам приезжают или вы их тоже не видели?

– С университета, Айлин…

Звучит очень грустно.

Я на себя даже примерять не хочу, хотя по-прежнему запрещаю себе зарекаться от всего.

Это потому, что после свадьбы с неугодной девушкой семья от вас отказалась?

Не рискну спросить вслух, конечно, но как же хочется… Правда Айдар не оставляет меня совсем ни с чем:

– Меня закрутила новая жизнь. Я полюбил ее ничуть не меньше старой. Поэтому не смотри на меня с жалостью, заяц. Ешь, я же сказал.

Реагируя на приказ-укор, я снова берусь за еду.

Дарю Салманову целую пятиминутку тишины.

А потом сама же чуть не давлюсь, потому что следующий вопрос задает уже Айдар.

– Как у вас с мальчиком? Всё урегулировали?

Хватаю лимонад и втягиваю разом много ледяной жидкости. Даже щеки впадают, так сильно стараюсь набрать побольше, чтобы остыть изнутри, а то почти загорелась.

Можно было бы ответить правду (он же со мной вроде бы честный?), но вместо этого я улыбаюсь и вру:

– Всё отлично. Спасибо вам за помощь.

– Тебе.

– Да, тебе…

Смотрим друг другу в глаза, но недолго. Как так получилось, что я разобралась в нем быстрее, чем он во мне? Неужели действительно думает, что я периодически бегаю на ту же съёмную квартиру и на той же кровати, на которой Митя мне изменял…

Вспоминаю об этой грязи и даже руки трясутся.

Опускаю взгляд в тарелку. Душу обиду.

Конечно, он может так думать. Сам же тоже верность не хранит. Мне. А первой своей жене?

– Почему ты развелся?

Спрашиваю, явно нарушая личные границы. Но Айдар мои уже нарушил, так что плачу той же монетой. У правильных мусульманских девочек не спрашивают, как им… На стороне.

У мужа забирают пустую тарелку, уточняют, не желаем ли мы выбрать десерты, подают меню и принимают заказ на еще один кофе.

А я всё это время томлюсь, как то вкусное мясо, которым поужинал мой прокурор.

– А что слухи говорят? – Он отвечает на вопрос вопросом, расслабленно откинувшись на кресле и кивая подбородком.

– Я не знаю. Когда ты решил взять меня замуж, слухи оказались недоступными. Меня закрыли в комнате и выпускали только улыбаться жениху…

И сама не знаю, откуда берется яд. А еще смелость его спускать.