Заоблачная Академия, или Единственная для дракона

 – Она бывает очень мила. Надеюсь, вы с ней найдете общий язык.

И уставился на меня с виноватым видом.

– Винсент, – улыбнулась я, – вы взрослый мужчина, и это ваше личное дело, с кем вы проводите свободное время. К тому же я свалилась вам как снег на голову. – Выдохнула с облегчением, потому что здесь все-таки знали, что такое снег. – Скажу вам сразу, мне все равно, даже если вы заведете себе целый гарем.

И о гаремах здесь тоже слышали, существовало и такое слово в их словаре. Именно поэтому я вновь решила вернуться к гарему, который Винсент Росманн завел себе девятнадцать лет назад.

– Мне нужны имена, – сказала ему, – тех четверых, кто мог быть моей матерью.

Кивнув, он не стал откладывать дело в долгий ящик, и довольно скоро я обзавелась бумажным листом, на котором все их и записала.

Те самые имена.

Виктория Аллен, Беатрис Корсон, Труде Ирсен и Доминика Стейлз."

"Четыре девушки; две его любовницы с факультета Всадников и еще две с Боевой магии. Одна из них дала мне жизнь, и я собиралась выяснить, кто именно.

Засунув список с именами за корсаж – туда же, где хранилась записка Эвелин, – я сказала Винсенту, что собираюсь немного прогуляться.

Мне нужно подышать свежим воздухом и попытаться уложить услышанное в голове. Я буду рада, если он составит мне компанию, но нисколько не расстроюсь, если немного побуду в одиночестве.

Знала, что лорд Росманн не потащится со мной по жаре любоваться красотами сада, потому что он выглядел, как измученный похмельем человек, которому давно уже пора пропустить стаканчик и поправить пошатнувшееся здоровье.

Так и есть – пробормотав, чтобы я прогулялась одна, Винсент с явным облегчением подозвал лакея, который тут же склонился к его уху.

Уверена, я услышала слово «коньяк», поэтому выдавила из себя очередную любезную улыбку и поднялась на ноги.

Поблагодарила лорда Росманна и его кухарку за чудесный обед, после чего отправилась разыскивать выход наружу. Правда, перед этим выслушала от Винсента пояснение, что остров Лорейра парит на высоте всего лишь две тысячи метров над уровнем моря – значительно ниже, чем Прей-Экрил, – поэтому здесь намного жарче.

К тому же сейчас наступали самые знойные часы дня, поэтому особо долго гулять мне не следовало.

Получалось, Винсент обо мне заботился, и у него выходило… довольно мило.

Поблагодарив, пообещала, что стану выбирать самые тенистые дорожки, на одной из которых я думала встретиться с Эвелин и выслушать то, что она собиралась мне сообщить. Со своей стороны, мне хотелось ей сказать, что я не стану вмешиваться в их отношения с Винсентом, если она оставит слуг в покое и запретит своему сыну распускать руки.

И уже очень скоро я вышла на крыльцо, вдохнув полной грудью горячий воздух Лорейры.