Запрещаю тебе уходить

Он обнял меня, погладил по спине, а я всё не могла остановиться. Чем сильнее пыталась, тем было хуже.

Смерть? Предательство может быть хуже смерти. Смерть забирает навсегда, а с предательством приходится жить. Даже если не знаешь, как. Особенно, если это предательство мужчины, которому принадлежит твоё сердце.

***Сложнее всего оказалось не выдать себя перед воспитательницей. Предложение Егора самому сходить за Никитой я отмела сразу. Сомнений, что об этом тут же доложат мужу, у меня не было. Я даже припарковаться попросила за пару сотен метров от сада. На всякий случай.

Как только мы с сыном оказались на заднем сиденье, Егор сорвался с места.

– Ух ты! – воскликнул сын, разглядывая его в зеркало. – Ты в хоккей играешь, да? Я тебя по телевизору видел.

Я так и опешила от неожиданности. Понятно, что дети стали взрослеть раньше, но чтобы до такой степени…

– Верно, – подтвердил Егор. – Меня зовут Егор Дымов.

– Ничего себе! – протянул сын. – А я Никита.

– Отлично. Пожал бы тебе руку, но я немного занят. Придётся с этим подождать.

Слушая их разговор, я отвлеклась от собственных мыслей. Подумать только, мой сын знал о хоккее едва ли не больше меня.

Уже через пять минут он готов был прямо на ходу перелезть на переднее сиденье, лишь бы оказаться поближе к Егору. Чтобы отвлечь Никиту, тот дал ему брелок в виде клюшки, и отдавать его обратно, судя по всему, сын не собирался.

Так мы и доехали до закрытого жилищного комплекса неподалёку от центра города.

Я вдруг засомневалась. Может, всё-таки лучше попросить его отвезти меня к Нике? Но шлагбаум перед нами поднялся, и мы въехали на территорию. Я посмотрела на сына, на уверенно ведущего внедорожник Егора.

Нет. Пусть будет, что будет. Одного друга я уже потеряла, как знать, может, жизнь решила дать мне ещё один шанс.

– Ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной? – спросила я, когда мы остановились на открытой парковке.

– Да, – с присущей ему уверенностью ответил он. – В наши времена так особенно.

На его губах появилась усмешка. Я вспомнила, где он жил в последние годы и как-то само собой фыркнула.

– Ты ясно дала понять, Настя, что между нами может быть, а что нет, – продолжил Егор. – Скажу тебе откровенно: ты мне нравишься.

Очень нравишься.

– Но? – спросила я, догадываясь, что именно это сейчас прозвучит.

– Но в твоей жизни есть мужчина, который всегда будет третьим, как бы ни сложилось дальше.

Он был прав. Сложив ладони на коленях, я посмотрела на свои руки. Наткнулась взглядом на обручальное кольцо, которое так и не сняла. Только хотела сделать это, машина остановилась. Я поймала взгляд Егора в зеркале заднего вида.

– Мне это не нужно, Настя. Хорошая дружба лучше дерьмовой любви.

***Квартира у Егора была шикарная.