Запрещаю тебе уходить

Женя сжал мою ладонь. Ничего не сказал, но в глазах его словно бы мелькнуло облегчение. Пальцем он провёл по обручальному кольцу. Подтянул меня ближе. Я нехотя подошла вплотную.

– Из-за того, что мне нужно было его усыновить, я и не развёлся с тобой. Со штампом в паспорте сделать это было проще.

– Только из-за этого? – спросила я и невольно затаила дыхание.

– Не только.

Добавлять он ничего не стал. А я не стала настаивать. Несколько секунд продлилась немая пауза.

– Я делаю для него всё, Насть, – снова заговорил Женя. – Но ему нужна мама. Он совсем маленький. Порой я просто не знаю, что с ним делать.

– Так нашёл бы ему маму. Почему ты не сделал этого?

– А почему ты не нашла Никите отца?

– Я пыталась. Но не смогла. Тебя не смогла забыть, Жень.

– Вот и я тоже не смог. Ни найти ему маму, ни забыть тебя.

Глава 14

Женя

Смотреть на ведущую за руку сына Настьку я не мог. Не смотреть – тоже. Принять, что пацан мой, оказалось сложно. И совсем не из-за того, что я не поверил ей. Нет, чёрт подери, поверил хотя бы потому, что при желании мог сделать проклятый тест ДНК. Паршиво было ещё и то, что винить, кроме себя, я никого не мог.

Литвинова? Да к чёрту Литвинова! Я ведь знал, что она беременна.

– Только не шуми сильно, – донеслись до меня её, обращённые к сыну, слова. – Помни, что он совсем маленький и болеет. Хорошо?

– Хорошо, – отозвался Никита с серьёзным видом.

Должно быть, моя жена сильно постаралась, чтобы от меня сын не взял ничего. Сколько я ни искал в нём собственные черты, не находил. Но сейчас вдруг понял, что и от Литвинова в нём ничего нет – сплошная Настька. Цвет глаз в точности, как у неё, волос – тоже. Даже маленькое родимое пятнышко на плече.

В сопровождении охраны мы вошли в клинику.

Денизе – медсестра, под опекой которой находился Мишка со дня, как я привёз его сюда, – уже ждала нас.

– Как он сегодня? – спросил я с ходу и только потом добавил: – Доброе утро.

– Лучше, – участливо отозвалась она. – Когда вы тут, ему всегда лучше. Утром съел весь йогурт и даже выпил какао. Ждёт вас.

Я посмотрел на Никиту. Тот, почувствовав это, повернулся. Появилось ощущение, что я вижу нечто знакомое. Но пропало оно быстро, как только он потерял ко мне интерес. Вчера я обрёл старшего сына, но младший стал на шаг ближе к краю.

Нет, не на шаг, чёрт подери. Надежда разбилась вдребезги. Сидя у постели Мишки ночью, я едва не выл от беспомощности. Но слова Денизе вернули мне решимость, заставили собраться. Я – единственный шанс для мальчика, в свои три пережившего столько, сколько не каждому случается за всю жизнь.

– Его врач уже тут? – осведомился я, зайдя в лифт за медсестрой.

Та ответила утвердительно, добавив, что он уже в курсе, что Никита не подходит на роль донора.

– А почему его не могут вылечить, мам? – услышал я обращённый к Насте вопрос.