Запрещенные слова. Том первый

 — Может быть ты, в таком случае, купишь Андрею новые кроссовки, куртку и заплатишь за его кружок английского? А Ксене платье на утренник? Как раз через три недели, праздник осени у них в саду.

Я ухожу до того, как она придумает, что ответить.

Каким-то образом ей это всегда удается сделать особенно болезненно.

Глава четвертая

На следующий день вместо обеденного перерыва лечу в техцентр «Elyon Motors».

Меня там не то, чтобы прямо знают как свою в доску, но парочка парней (даже тех, кому под полтинник) точно в курсе, кто я. Надеюсь выторговать себе максимально быстрый ремонт. Хотя там фара и вмятина, и царапина, и в общем, не так, чтобы на пять минут работы. Но на всякий случай скрещиваю пальцы, когда загоняю свою бедную «раненную» малышку в просторный светлый павильон. У них даже техцентр по самому высшему стандарту, потому что для премиум-класса.

Выхожу из машины, снимаю солнцезащитные очки и смотрю сразу на двух спешащих в мою сторону техников в фирменных джинсовых комбинезонах цвета хаки. Просто показываю на безобразие у меня в боку и прошу как-то побыстрее, до конца обеда. Это, конечно, шутка, но тот, что помладше не теряется и тоже в шутку начинает выразительно хлопать себя по карманам в поисках фары.

А потом мой взгляд цепляется за силуэт.

Справа. Я даже не сразу понимаю почему, но когда он проходит вперед, к белому здоровенному внедорожнику, все становится на свои места.

Он просто очень высокий. Это парень.

У меня личный кинк на высоких, наверное потому, что мой папа, хоть и доктор наук, но дубинушка — метр девяносто в высоту. Я всегда на автомате выхватываю среди прочих самые высокие головы в толпе."

"Взгляд к этому просто приклеивается. Одет он как и остальные сотрудники — форменный комбинезон, белая футболка, только его рукава закатаны «валиками» так высоко, что отлично видны красивые мускулистые дельты. А еще эти руки полностью покрыты татуировками, без просветов, с переходами на тыльные стороны ладоней. И прическа у него — а ля «Топ Кнот», с выбритыми коротко затылком и длинным хвостом чуть ниже макушки. Волосы чуть темнее русого, с тем самым пепельным оттенком, за который женщины обычно душу голову продать дьяволу.

— Что? — переспрашиваю только что обратившегося ко мне одного из ремонтников, того, что постарше.

— Фара — это полбеды, — говорит он, — у вас тут вмятина на крыле, плюс краску задело. Придётся оставлять машину.

Чуда не случилось.

— Это ещё надолго?

— Дня на два минимум, — он пожимает плечами, явно не испытывая никакого сочувствия к моему положению. — Если лакокрасочное не затянет.

Я перевожу взгляд на того, третьего — он как раз присоединяет белый внедорожник к диагностическому сканеру. Понятно — он у них по электронике. Типа, элита, как летчики в армии.