Земля Сияющей Власти

– Ну и будущее нас ожидает…

– Что-нибудь произошло? – насторожился Арчеладзе.

– Хочет забрать пленных! – возмутился Воробьев. – Что, для него старались? Для него по горам ползали и рисковали? На хитрую задницу есть… ножик с винтом.

Полковник сел на кровати, достал кружку и отхлебнул остывшего чая с водкой.

– Есть хочу…

– Он пленных хочет взять и увести! – напомнил «грибник». – Ничего себе деятель…

– А что с ними делать? – помедлив, спросил Арчеладзе. – Мы с ними не сможем работать, Володя. Мы многого не знаем. Ясно, что это секретная структура «Арвоха», занимается какими-то тайными… или нет, сакральными делами.

А мы в этом – профаны, даже толком не поставим вопросов на допросе. О чем их пытать?.. Глупо, нелепо… Покажем свою полную неосведомленность. А они связаны с вещами тонкими…

– У нас стрел к арбалету хватит, – заверил Воробьев.

– Стрел много – ума мало, брат…

– Так что, взять вот так и отдать?

– Другого выхода нет, Владимир Васильевич. Мы свое дело сделали. Пусть теперь они работают.

– Я ему не верю! – вдруг заявил «грибник». – Когда увидел эту женщину… ну, там, на нейтралке… Поверил.

А этому… Знаешь, Никанорыч, когда я стал показывать пленных, этот дед с исколотой задницей с ним переглянулся. Как будто знакомы.

– Так, так! – оживился Арчеладзе. – Что еще заметил?

– Да больше ничего, но интуиция…

– Плевать на твою интуицию, что заметил?!

– Со стариком переглянулись. Быстро так и не случайно… Старик будто бы ожил.

– Этого мало!

– Лиха беда – начало…

– Что ты предлагаешь?

– Пленных пока ни в коем случае не передавать! – отрезал Воробьев. – А этого парня… посадить под замок где-нибудь в закутке и подержать день-другой, посмотреть на реакцию и поведение.

Может, еще кого принесет нелегкая, если посланец из будущего не вернется вовремя. Очень уж он торопится.

– Ты понимаешь, что держать эту ораву из «Арвоха» опасно? – спросил Арчеладзе, внутренне соглашаясь с доводами товарища. – Если еще схватить посланца… не дай Бог, он окажется тоже из этой команды, – обсерваторию начнут шерстить в первую очередь. Нам с таким объемным грузом не уйти. Не дадут они нам посидеть спокойно день-другой.

Воробьев сел рядом на кровать, взглянул сбоку, как на чужого.

– Давно хочу поговорить с тобой, Никанорыч… Что-то я перестал тебя понимать. Конечно, ты старый темнила. Но это ладно, если для дела требуется… У меня такое ощущение, что ты и сам не знаешь, что происходит вокруг, что предпринимать. Ты стал какой-то зависимый, хуже, чем во времена существования спецотдела. Над тобой и здесь сидит «папа»?

– Здесь надо мной «мама» сидит, – грустно сострил полковник.

– Где же она?

– Жду.

– Странная шутка, Никанорыч… Ждал «маму» – пришел «папа».