Лабиринты Ехо. Том 1

Одна из них стала моей гостиной, еще одна, на втором этаже – спальней, а остальные четыре служили испытательным полигоном для весьма однообразных, но поучительных экспериментов, после целой серии которых я пришел к выводу, что два хорошо откормленных годовалых котенка могут находиться в состоянии непрерывного стремительного передвижения никак не меньше дюжины часов кряду. Странное дело, пока мы обходились двумя комнатами на улице Старых Монеток, Армстронг и Элла были удивительными лежебоками. Видимо, бескрайние пустые пространства весьма способствуют быстрому одичанию живых существ.

Я и сам то и дело ловил себя на желании сыграть в салочки, но мне не хватало достойных, желательно, антропоморфных партнеров.

С пустыми комнатами я разобрался быстро: мокрая тряпка в умелых руках – страшная сила.

Спальня моя была почти в порядке, все-таки я проводил там большую часть свободного времени. Так что у зловредного бардака были не слишком хорошие шансы в этом регионе. А небольшой беспорядок даже способствовал созданию домашнего уюта. Мне пришлось только вытереть пыль с подоконника и распахнуть окно навстречу свежему ветру и миллионам новых пылинок.

Порочный круг какой-то!

Я с нежностью посмотрел на кровать, вздохнул и строго сказал себе:

– Нет, дорогуша, в твоем дворце есть еще и гостиная, ты не забыл?

Потрясенный собственной жестокостью, я отправился вниз, в гостиную, ради которой, собственно, и затевался весь этот переполох. По дороге подумал, что небольшой, но плотно уставленный поднос из «Жирного Индюка» не помешает утомленному герою, и отправил зов хозяину трактира. Вообще-то в такую рань «Жирный Индюк» еще закрыт, но чего не сделаешь для постоянного клиента.

Особенно если постоянный клиент имеет обыкновение шастать по городу в черно-золотой Мантии Смерти.

И кстати, о Мантии. До меня наконец дошло, что если уж занимаешься уборкой, неплохо бы переодеться. Пришлось вернуться в спальню. Тонкая домашняя скаба сделала жизнь вполне сносной. Лучше поздно, чем никогда, конечно.

В гостиной меня ожидало прискорбное зрелище: дорожная сумка, с которой я ездил в Кеттари, разместилась в самом центре комнаты. Армстронг жизнерадостно гонял по полу мою волшебную подушку, не испытывая никакого священного трепета перед чарами сэра Мабы Калоха.

Элла меланхолично теребила краешек драгоценного кеттарийского ковра, который, к величайшему моему позору, все еще стоял в углу бесполезным громоздким рулоном. И это, разумеется, далеко не полный список моих домашних бед.

Суровые будни Тайного Сыска сделали меня настоящим героем. Пару лет назад я бы, несомненно, дрогнул, а теперь лишь кратко выругался и взялся за дело. Через полчаса мой обеденный стол был чист, как небо над пустыней. Это показалось мне хорошим началом.