Лабиринты Ехо. Том 1

– Второй дар – тому, кто не допустил, чтобы наш клан остался без предводителя.

Теперь шаман смотрел на Мелифаро. Алотхо протянул ему свою уморительную «мухобойку».

– Вы видели это оружие в деле. Я сам смастерил его из усеянного зубами языка зверя Кырду, и это воистину опасная вещь.

– Не сомневаюсь.

Мелифаро выглядел чрезвычайно довольным. Шаман тем временем повернулся к Лонли-Локли.

– Мертвый Бог особо благоволит к тебе, господин. Правда, он не объяснил почему.

– Жаль, – серьезно ответил Шурф. – Было бы весьма любопытно узнать причину столь внезапной симпатии.

– Вам ни к чему оружие, поскольку вы сами – наилучшее из орудий убийства, – сказал Алотхо. – Но даже вам однажды может понадобиться защита. Думаю, что мой шлем – самый прочный под этим небом. Я сам изловил шестирогую рыбу Ухунрук, из головы которой по моему приказу было изготовлено это чудо.

– Во всяком случае, он прекрасен, – одобрительно кивнул Лонли-Локли, любуясь шестирогим шлемом. – Это – настоящее произведение искусства, сэр Аллирох.

– Вам, многоликому, наш следующий дар.

Шаман почтительно склонился перед сэром Кофой. Алотхо протянул ему зачехленный предмет.

– Это – смертоносный хлыст с двумя полутысячами жал диких ос Зенго, – пояснил он. – Жала по-прежнему опасны так же, как в те дни, когда осы Зенго жужжали в своих гнездах. Но такой мудрец, как вы, сможет с ними справиться.

– Попробую, – усмехнулся Кофа. – Чем только я не занимался в своей жизни!

– Вы, госпожа, уже получили самый драгоценный дар. – Теперь шаман говорил с Меламори. – Мертвый Бог сказал, что вы сумеете сохранить душу нашего клана. Он доволен, что наш хуб станет петь для вас свои песни.

– А он будет петь? – спросила Меламори.

– Когда я уеду, он запоет, – пообещал ей Алотхо. – Хуб всегда все делает вовремя.

– Да, ты уже говорил. Просто мне кажется, что он хочет вернуться к тебе.

– Под небом рождается слишком мало существ, чьи желания имеют какое-то значение, – пожал плечами арварошец. – И Лелео – не один из них, так же, как и я сам.

Его шаман тем временем обратился к Луукфи. Так почтительно он кажется не говорил даже с Джуффином.

– Вы, который беседует со многими буривухами одновременно, согласитесь ли вы принять наш дар?"

"– Конечно, господа, я соглашусь, – смущенно заулыбался Луукфи.

– Когда я отправлялся в этот поход, Завоеватель Арвароха Тойла Лиомурик Серебряная Шишка снял с себя этот плащ из самой прочной шерсти овец Царского стада и отдал его мне, – сообщил Алотхо. – Он будет счастлив узнать, что его плащ защищает от ветра того, кто бережет покой более чем двух полусотен буривухов. Примите его, сэр.

Шаман тем временем повернулся ко мне.