Лабиринты Ехо. Том 1

Хвала Магистрам, он оказался занудой и вынудил меня более-менее регулярно заниматься. Сделав несколько глубоких вдохов, я обнаружил, что вполне могу с собой справиться. Не то чтобы мне удалось избавиться от омерзительного настроения, но я перестал придавать ему значение. Можно было нормально функционировать, вести себя так, словно ничего особенного со мною не происходит. Наверное, это и есть отрешенность.

– Макс, ты что, все-таки нашел след этого мертвеца? – изумилась Меламори. – Знаешь, когда я сказала, что у тебя может получиться… Это была даже не гипотеза, а так, безответственный треп.

Но как тебе это удалось? Как же у тебя все легко получается! Научишь?

– Ох, лучше и не пробуй.

Говорить оказалось непросто, но я собрал волю в кулак и с грехом пополам разомкнул уста:

– Передать тебе не могу, как это омерзительно! Помнишь, как ты себя чувствовала, встав на след Джифы Саванхи? Подозреваю, что мне сейчас еще хуже.

– Да? – встревожилась она. – Может быть, тебе не стоит этим заниматься?

– Стоит.

Я спрыгнул с омерзительного покойницкого следа, перевел дыхание, сменил мученический тон на обыденный и легкомысленно пояснил:

– Должна же и от меня быть хоть какая-то польза.

К тому же, человек – это такая специальная полезная скотина, которая ко всему привыкает. Но для начала мне нужно заехать в Дом у Моста. У меня до сих пор труп в кулаке, не таскать же его за собой повсюду. И хорошо бы Джуффин на него взглянул с утра пораньше, может быть, хоть он опознает этого парня. Отвезешь меня в Дом у Моста, Меламори?

– Спрашиваешь. Конечно, отвезу. А потом обратно?

– Нет, обратно не нужно. Я возьму служебный амобилер, а к тебе у меня будет еще дюжина просьб, одна другой обременительнее.

– Ну да, как обычно. Если не возражаешь, я бы пропустила еще одну рюмочку, на дорогу. Да и тебе не помешает.

– Что мне сейчас действительно не помешает, так это хороший глоток бальзама Кахара, – вздохнул я. – Кажется, у меня осталась всего одна порочная наклонность, зато какая стойкая.

– Не переживай, – вмешалась Теххи, – их у тебя гораздо больше. В смысле – порочных наклонностей.

– Правда? Ну, тогда живем, – подмигнул я ей.

Теххи улыбалась, но ее черные глазищи были печальными и встревоженными.

– Я вернусь через полчаса, поскольку конец этого мерзопакостного следа все равно находится здесь, – во всеуслышание объявил я.

А потом послал зов Теххи и добавил: «Вот когда я опять смоюсь, можешь начинать волноваться. А пока еще рано!»

«А с чего ты взял, будто я вообще собираюсь волноваться?» – огрызнулась она.

«Да так. Чего только спьяну не померещится».

Улыбка Теххи стала еще шире, а глаза – еще печальнее. Я вздохнул. Это только со стороны кажется, что человеку должно быть приятно, когда о нем кто-то беспокоится.