Лабиринты Ехо. Том 1

Первые часа два Лелео грустил и отказывался от крошек, потом природа взяла свое. Мохнатое создание съело мое угощение и благодарно мурлыкнуло. Это маленькое достижение доставило мне ни с чем не сравнимое удовольствие.

Я слушал сладкоголосое бормотание хуба и предвкушал грядущее избавление. Но дурацкие мысли о святой воде по-прежнему бродили по темным закоулкам моей бедной, глупой головы. Проблема состояла в том, что в Соединенном Королевстве святой воды не добудешь Здесь нет ни церквей, ни священнослужителей, ни религиозных суеверий.

«Если со скульптурами ничего не выйдет, надо будет, что ли, порыться в Щели между Мирами.

Вдруг добуду какое-нибудь дурацкое распятие, чем черт не шутит, – лениво думал я. – А то, может, домой смотаться? Уж там-то этого добра больше, чем требуется. Зря я, что ли, учился шляться между Мирами? Целый год угробил на эту запредельную науку. Должна же быть хоть какая-то общественная польза от моих грандиозных достижений на поприще Истинной магии».

Эти мысли казались мне безобидными фантазиями, легкомысленными планами, которые никогда не осуществятся, но строить их на досуге бывает занимательно и, чего греха таить, приятно.

– Макс, я уже вернулась. – В дверях показалась Меламори. – Как тут мой Лелео? Не затосковал?

– Рядом со мной? Обижаешь! Он еще и поел, между прочим.

– Предатель! – рассмеялась Меламори. – Я-то думала, он ест только из моих рук.

– Он сам сначала тоже так думал. А потом понял, что хубам свойственно заблуждаться. Ну что, тебе удалось кого-нибудь уговорить?

– Разумеется. Я привела тебе всех подмастерьев господина Юхры Юккори, в полном составе. Сам сэр Юхра тоже обещал подойти, когда закончит свою работу, но можешь поверить, это случится не раньше чем через дюжину лет! Юхра Юккори – самый неторопливый человек во Вселенной.

Однажды он выполнял заказ моего отца. Полгода он объяснял Корве, что у него ничего не получится, Юхра всегда так начинает. Потом он работал года два и сделал совершенно не то, что от него требовалось. Но отцу так понравилось, что он согласился оставить скульптуру себе. После чего Юхра Юккори заявил, что работа, дескать, очень дорога ему самому и он не хочет с ней расставаться ни за какие деньги. Дело кончилось тем, что мой бедный папа заплатил раза в три больше, чем они сначала договаривались, и стал счастливым владельцем скульптуры, которая все равно не поместилась в нашем доме: этот гений даже не счел нужным придерживаться заданных размеров!

– Настоящий художник, – восхитился я.

 – Знаешь, это даже хорошо, что сэр Юхра Юккори занят. У нас и без него проблем куча. Надеюсь, его подмастерья более вменяемы?

– Еще бы! Он же держит бедняг в черном теле. Знаешь, именно из всяких там гениев обычно получаются самые безжалостные тираны.