Лабиринты Ехо. Том 1

По морде лица моего блуждала светлая улыбка галлюцинирующего идиота. Рассудок напрочь отказывался считать происходящее реальностью. Впрочем, так было даже лучше.

После легкого непродолжительного помрачения ума я обнаружил себя на пороге Большой Приемной – бывшего читального зала. Огромное помещение было полно народу. Я попытался найти в толпе хоть одно знакомое лицо, но все физиономии сливались в одно неразборчивое пятно. Мое зрение временно расфокусировалось – с перепугу, что ли?

Рядом робко топтался бедняга Андэ. Видимо, он не привык переживать подобные приключения на трезвую голову.

Что ж, значит, он был моим товарищем по несчастью.

– Видишь, где стоят мои коллеги? – шепотом спросил я своего оробевшего «летописца».

Тот молча кивнул.

– Вот и славно. Отправляйся к ним. Если будешь держаться поближе к сэру Мелифаро, тебе будет не слишком скучно.

– Я впиливаю! – с готовностью ответил Андэ и растворился в пестрой толпе где-то справа от меня.

Я посмотрел ему вслед, но ни Мелифаро, ни Джуффина так и не обнаружил. Что за чертовщина?

Я огляделся по сторонам, но ничего похожего на трон так и не обнаружил.

Оно и к лучшему, монарх, не способный отыскать собственный трон в собственном же дворце, – идиотская шутка, вполне в моем вкусе, так что я прекратил паниковать и развеселился. «Где захочу, там и усядусь, хоть на пороге, – сказал я сам себе. – В конце концов, я же здесь самый главный!»

И тогда я воздел руки к небу, как какой-нибудь самозваный пророк, готовый осчастливить неблагодарное человечество полным собранием собственных интерпретаций гипотетической божьей воли.

– Никто не в силах вообразить себе восторг, охвативший меня при встрече с вами, – язвительно сообщил я.

После этого официального заявления я с достоинством уселся на пороге, скрестив ноги по-турецки. По приемной пробежал изумленный ропот, поэтому я счел необходимым объяснить свой эксцентричный поступок:

– Мое место всегда будет здесь, на пороге, поскольку место владыки должно быть на пороге между людьми и небом, дабы отделять и охранять одно от другого.

Мне показалось, что мое первое сольное выступление возымело успех, и только воспитание не позволило присутствующим зааплодировать. Зато как они задержали дыхание!

Некоторое время ничего не происходило.

Я начал было досадовать на медлительность своих подданных, но потом сообразил, что бедняги просто ждут моих указаний.

– Можете подойти и сделать то, что необходимо, – объявил я."

"В глубине зала началось суматошное шевеление. Я терпеливо ждал. Наверное, некий трон все же существовал и был установлен точнехонько в противоположном конце огромного помещения, так что все участники предстоящей церемонии предусмотрительно заняли почетные места у его подножия.