Лапочка для Демона

— Не будем, кивает мужчина, успокаивая, Но ты отработаешь.

— Работать? воодушевляюсь я, не веря ушам своим. Работа! Это же хорошо! Хорошо! и начинаю торопливо перечислять сферы, где могу быть полезна, я рисовать умею, не только шить! И еще… Не боюсь никакого труда! Если надо, буду прибираться, и на кухне… Подсобной рабочей… Но, конечно, больше пользы будет, если найдется работа по моим основным умениям, рисованию, дизайну, мой дизайн всегда очень.

— Я безумно рад. Серьезно перебивает поток бреда мужчина, и я замолкаю растерянно.

Здоровые парни за его спиной посмеиваются.

— А что за работа? что-то нехорошее щемит внутри.

Не может же быть… Да ну нет. Бред. Сейчас, в современном мире, всегда есть возможность применить свои умения, а всякие страшилки про продажу органов, там… Или… Или еще что-то… Это не может быть так просто. Так явно. Это.

— Творческая работа, успокаивает меня мужчина, и его улыбка перестает быть такой натянутой и неестественной. По твоему профилю как раз. Мы посмотрели твое… Как. Это называется? Портфолио, да?

— Да! опять оживляюсь я, чувствуя, как в груди перестает щемить от ужаса. И даже надежда появляется. Портфолио смотрели! Конечно! Подготовились! Если необходимо, у меня еще дополнительные материалы.

— К сожалению, в городе ничего для тебя нет, мы едем в Москву, опять перебивает он меня.

А затем добавляет значительно:

— Ирина Анатольевна, такой шанс у вас отработать всю сумму, не упустите.

— Я… я согласна, конечно, Но хотелось бы подробнее… Я все же стараюсь до конца понять, что мне предлагают, хотя получается слабо. В голове бедлам полный, мысли скачут от опасения, что. Это ловушка, до невероятной надежды, что. Это все же мой шанс, мой единственный шанс выбраться! И где я буду жить в Москве?

— Фирма предоставляет жилье, также питание. К сожалению, ваша зарплата пойдет в счет погашения долга.

— Да, да, я понимаю.

— Но мы уезжаем сегодня.

Повисает пауза.

Они смотрят на меня. Парни с совершенно тупыми, бессмысленными лицами жуют жвачку.

Виктор Евгеньевич печально улыбается.

— И… Договор же? Да? Трудовой… И поподробнее про саму специфику… Дизайн? голова отказалась работать еще вчера. В ушах шум, никакой ясности, Но тем не менее, все-таки пытаюсь продавить, узнать хоть что-то.

От недосыпа чувствую сильную слабость, он недоедания трясутся руки.

— Я же сказал, работа творческая… Все по приезду. Собирайтесь.

— А надолго?

— Смотря, как работать будете. Может, пару месяцев… Возьмите вещи, самое главное документы.

Я киваю, бегу собирать вещи.

Мужчины, не снимая обуви, распространяются по квартире. Слышу, как Виктор Евгеньевич шипит на своих подчиненных: «Ничего не трогать».

Правильно, квартира же не моя. Они думают, я снимаю.