Жаркий Август. Книга вторая

Отойдя чуть в сторону, привалился боком к столу, заваленному инструментами, пару минут молчал, а потом, не отрывая задумчивого взгляда, спросил, — ты когда-нибудь слыхал про синдром заложника?

— Нет, — сухо отрезал, пытаясь пресечь дальнейшие разговоры.

— Сейчас узнаешь, — продолжал Лазарев, игнорируя раздраженный ответ, — Это аномальное психологическое состояние, когда потенциальная жертва спустя некоторое время начинает симпатизировать своему надзирателю, мучителю. При этом изначально ничего, кроме страха и ненависти между ними не было.

— Бл*дь, ты меня решил сразить своими познаниями в области психологии?

— Ты дальше слушай, — снова отмахнулся Лазарев, — Это достаточно редкое явление и для того, чтобы синдром развился, необходимо определенное стечение обстоятельств. Во-первых, жертва должна быть изолирована от всего мира и от общения с кем-либо, кроме агрессора. Ничего не напоминает? — Никита говорил спокойно, размеренно, наблюдая за реакцией молчаливого собеседника.

Тимур, нахмурившись, развернулся к нему вполоборота, пытаясь понять, к чему клонит Василисин друг. Хочет сказать, что он — псих с каким-то там синдромом? Невольно сжались кулаки.

— Во-вторых, жертва должна быть уверена в том, что путей спасения нет, — невозмутимо продолжал Лазарев, — а также должна бояться обидчика, расправы и испытывать подавленность. И на фоне всего этого, спустя некоторое время возникает иррациональное чувство привязанности.

— На х*р ты мне это говоришь?

— Повышаю уровень твоей образованности, — холодно парировал Лазарев, — я тебе сейчас рассказываю про эту лажу не просто так.

— Диагноз собрался поставить? — рыкнул Тимур, чувствуя, что ещё пара мгновений и сорвётся. И плевать на последствия. Будь что будет.

— Легко, — Лазарев все так же до отвратительного невозмутим, — этот синдром — первое, о чем я подумал, когда Василиса рассказала о том, что твое поведение изменилось, и ты перестал вести себя как хроническая свинья. Сработала привязка раб-хозяйка. Когда приехал сюда, решил понаблюдать, посмотреть, верны ли мои догадки. Провоцировал тебя, чтобы увидеть реакцию.

— Ну и как? Удалось? — надо успокоиться, в ушах уже кровь пульсирует. Сейчас точно мозги превратятся в кашу.

Никита вместо ответа лишь пожал плечами:

— Одно я могу сказать наверняка. Синдром заложника — ни хр*на не твой случай. Я в этом уверен. Васька не агрессор, никогда им не была и не будет, даже по отношению к тебе. А тебе, несмотря ни на что, чужда психология жертвы. Да и не боишься ты никого.

— Спасибо за благую весть, а то я уже начал было переживать."

"— Благую ли? — все тот же холодный изучающий взгляд, — эта хр*нь наоборот многое бы объяснила.