Желая тебя

Джози нервно водила руками по волосам, красиво обрамлявших ее лицо темным шелковистым облаком: то ли пытаясь их пригладить, то ли сделать пышнее, то ли просто не знала, куда деть подрагивающие руки.

— Я не знала, как уложить волосы, чтобы красиво смотрелось с твоим подарком.

— По мне, так все отлично.

Облизнув губы, девушка неуверенно спросила:

— Ты не считаешь, что я выгляжу глупо?

Даниэль даже не сразу уловил смысл вопроса, его член настолько отвердел от одного ее вида, что им, наверняка, можно было без труда забивать гвозди.

— Нет.

— А ты не слишком-то разговорчив, да?

Неужели его молчаливость так беспокоила Джози?

— С тобой я разговариваю гораздо больше, чем с кем бы то ни было.

— Полагаю, так и есть. Папа тоже немногословен.

Почему-то сравнение с Тайлером задело Даниэля.

— Я не твой отец.

Зеленые глаза потемнели от возбуждения.

— Нет, не он, чему я очень рада.

Наверняка, не так, как этому радовался Даниэль. Он больше ни минуты не мог находиться вдали от Джози, должен был прикоснуться к ней. Мужчина двинулся вперед очень медленно, чтобы не испугать ее или не заставить еще больше нервничать.

Некоторые из прежних подружек говорили, что его поведение в спальне их сильно пугало. Он был слишком угрюм и молчалив. Слишком неистов. Пожалуй, Даниэль был согласен с тем, что, предпочитал пустой болтовне молчание, и мог большую часть свидания не проронить ни слова, но сильно сомневался, что в сексе был неистовее других мужчин."

"Нитро подался вперед и мягко приобнял Джози за плечи. От этого прикосновения у нее ненадолго перехватило дыхание, и мужчине это понравилось. Девушка в его руках выглядела такой хрупкой, маленькой и очень женственной.

Его женщиной.

Ласково проведя пальцами вдоль ее рук, он притянул Джози ближе, чтобы в полной мере ощутить податливое женское тело.

— Ты все еще нервничаешь? — Даниэль должен был спросить, несмотря на желание держать рот на замке. Он не представлял, как поступит, если услышит утвердительный ответ.

— Нет, — спокойно сказала Джози и, слегка откинув голову, встретилась с ним одним из тех загадочных взглядов, что заставляли ощущать внутреннюю неуверенность. — Ты приложил столько усилий, чтобы эта ночь стала особенной.

— Потому что она и есть особенная.

— Я знаю. Ты тоже особенный.

— Я просто мужчина, который безумно нуждается в тебе.

— Ты распорядился наполнить спальню цветами. Это много значит для меня… даже слишком много.

— Розы помогли тебе преодолеть смущение?

— Можно сказать и так.

Он мало что понял, но все равно обрадовался.

— Я очень хочу поцеловать тебя. Ты позволишь?

— Да. Прошу тебя.

Обхватив руками тонкую талию, он склонял голову до тех пор, пока до ее губ не остался лишь один короткий вздох.