Железная корона

Три бальных: бирюзовое, цвета слоновой кости и алое, а также три наряда поскромнее, для завтраков: молочно-белое, пыльной розы и туманная дымка.

— Только не красное, пожалуйста! — выпалила я, невольно вспомнив воздушное алое безобразие, в которое меня нарядила Гресильда, когда хотела продать замуж за барона.

Красивое холеное лицо тут же обезобразила недобрая гримаса.

— Да что вы говорите, милочка! Я уже десять лет владею лучшим ателье в империи. И вы полагаете, я не знаю, какой цвет идет моим клиенткам?

— Нет-нет, — торопливо заговорила я. — Я уверена, что вы знаете. Просто не люблю этот цвет.

— Ну надо же! — она рассматривала меня сквозь прищур так зло и холодно, что я невольно поежилась. — И какой же цвет вы бы предпочли?

— Ну, например, бледно-голубой, — растерянно проговорила я, искренне удивляясь тому, что моя обычная просьба вызвала у нее столько негодования.

— Бледно-голубой? — фыркнула она. — Поразительное дурновкусие.

— Но мне к лицу этот цвет!

— Возможно. А известно ли вам, милочка, что в императорском дворце в бледно-голубой одевают прислугу? Клянусь, если бы заказчицей были вы, я бы непременно сшила такое платье, чтобы на балу вам совали в руки бокалы с недопитым шампанским и возмущались, почему это вы ходите без подноса. Но к счастью, платите не вы. А заказчик велел мне ориентироваться исключительно на мой вкус. Так что платье будет красным.

Она развернулась и, не говоря больше ни слова, вышла из комнаты. Я устало упала на кровать.

Вот взойду на трон — тут же велю ее казнить.

Я вздохнула.

Ну ладно, не велю. Но уж точно найду себе другой салон мод, и она больше никогда не сможет сказать, что у нее заказывает наряды сама императрица.

Я б еще долго придумывала всякие кары для гадкой сирры Нариссы, но в дверь тихо постучали.

— Входите, — не поднимаясь с кровати, бросила я.

Наверняка это была Филая. Очень кстати. Мне безумно хотелось в красках расписать ей, какая отвратительная мымра эта портниха. Но в комнату вошел совсем другой человек. Невысокий, с длинным крючковатым носом и с таким же саквояжиком в руках. Я быстро подскочила с кровати и, запинаясь от неловкости, проговорила:

— Д-добрый день.

— Я сир Пауль, ювелир, — отрекомендовался он и, не сказав более ни слова, начал доставать из саквояжика свои сокровища.

Мне оставалось только покориться судьбе…

Глава 13

Я без труда захлопнула маленький чемоданчик, в который поместилось столько нарядов, сколько не войдет ни в один шкаф — разве что в большую гардеробную комнату, с усилием попыталась его приподнять, ожидая, что уж весить-то он будет немало! И… едва устояла на ногах.