Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце

В ущерб собственному сыну, - цокаю разочарованно и ощущаю, как Вера проводит рукой по моей груди, будто усмиряя и поддерживая. - Я вовремя вас увез и не зря, - перехватываю ее ладонь и прижимаю к себе. Там, где бьется сердце, которое она же и реанимировала.

- Мне жаль, Костя, ты не заслуживаешь такого отношения, - впервые обращается ко мне так тепло и нежно. Надеюсь, это не жалость. Хотелось бы верить в нечто большее.

- Так, мы не об этом сейчас, - откашливаюсь, возвращая себе стальной, серьезный тон. - Итак, по поводу Дарьи… с ней я разберусь, когда со Славиным ее разводить буду. Материалы уже подготовлены. Она останется ни с чем, заодно Петьке отплачу за помощь, - и осекаюсь, вспомнив события минувшего дня. – Вера? А кто тебе меня сдал? Славин? – прищуриваюсь с подозрением. Если он решил сыграть на два фронта, то пусть прощается с карьерой и не только… Урою гада!

- Нет. Наоборот, по пути домой он выступал в роли твоего адвоката. Убеждал меня, что ты действовал в моих интересах. Прости его, если сможешь, он раскаивается, - неожиданно смягчается. И невольно пробуждает во мне жгучую ревность. Подсознательно я боюсь, чтобы ситуация с предательством не повторилась. Веру я никому не отдам. Не справлюсь уже без нее, привык... И не только. – А о тебе Женя сказал, припугнуть меня хотел «лучшим в городе юристом», - фыркает, а я виновато отвожу взгляд.

Хреново получилось. Неудивительно, что рыженькая взбунтовалась против меня.

- Я просил не отвечать ему…

- Он сам написал в соцсетях. Я как раз удаляла информацию о своих услугах, потому что Дарья на меня жалобу подала якобы за испорченный торт."

"- Что? Полная чушь, - закатываю глаза, в очередной раз поражаясь глупости бывшей. – У меня в фирме есть профильный юрист, он жалобой займется. Даже не переживай. Еще и дуру эту виноватой сделает.

- Ты говорил, она детей вернуть хочет, - испуганно лепечет Вера и импульсивно врезается ногтями в мои мышцы.

- На лапочек Даша претендовать теперь не сможет. В кратчайшие сроки мы восстановим тебя в родительских правах. Я только узнаю, как это правильно по закону сделать… Если ты не против, конечно, - с опаской уточняю.

- Спасибо тебе, - всхлипнув, она обхватывает мои щеки ладонями. И смотрит с такой болью, что хочется ее обнять. – За то, что был с ними рядом. За то, что спас их четыре года назад. Растил, воспитывал. Любил за нас двоих, - плачет, не в силах сдерживать эмоции. – Ты лучший папочка. Им очень повезло с тобой.

- Верочка, ты тоже…

Хочу успокоить ее. Заверить, что она обязательно наверстает упущенное и станет хорошей матерью. Что она нужна нам. Многое собираюсь ей сказать, но не успеваю выдать ни слова.

Чувствую соленый поцелуй на своих губах – и дурею, как сорвавшийся с цепи бешеный пес.

Рывком опрокинув Веру на матрас, подминаю ее под себя.