Жемчужина для Тео (СИ)

Вернее я согласен с тем, что сказала Маргарита.

Поэтому молчу, молчание, вроде как, знак согласия.

Но кое-что я всё же хочу сказать. Мне хочется, чтобы Рита не воспринимала меня как угнетателя, такая роль мне неприятна.

— Рита, я тебе обещаю, что не сделаю ничего во вред тебе. У меня и в мыслях нет использовать ситуацию, в которой мы сейчас находимся, только в свою пользу. Я искренне хочу и тебе помочь, оградить от опасности, поддержать. — молчу пару секунд. — Один год и ты будешь свободна. Год — это быстро. Поверь мне.

Слышу, как глубоко вздыхает Маргарита.

— Нет, это совсем не быстро. — отвечает.

24. Немного о дружбе. Маргарита

Как за пару дней можно потерять контроль над своей жизнью? На этот вопрос я могу ответить лучше всех. Нужно довериться незнакомцу, который спас тебя от падения на пол.

Да лучше бы я нос расквасила и знать не знала этого Тео Феррари, что б его! Свалился на мою голову и теперь шагу ступить нельзя без его ведома.

— Ты чего так хмуришься? — слышу вопрос от того, о ком думаю сейчас.

— Планирую убийство.

Тимофей хмыкает.

— Даже так?

— Да, год тогда ждать не придется. — вздыхаю.

Опять молчим недолго, но я не выдерживаю первой.

— Ну, посуди сам, как это будет выглядеть сейчас? — смотрю на профиль мужчины, который напряженно вглядывается в дорогу. — Мы заявимся на встречу вдвоём? И что я должна сказать Егору? Да я при тебе и разговаривать не смогу с ним.

Кузнецов не двинул ни одним мускулом, словно не слышит меня."

"— Маргарита, мы просто познакомимся. Для пары это нормально, если знакомят друг друга со своими друзьями. — спокойно отвечает Тимофей.

— Ты сам говорил, что хочешь, чтобы наши отношения были человеческими, а ведёшь себя как… — замолкаю не договорив.

— Рит, не сердись. Я понимаю, что ты хочешь поговорить с Егором наедине и ты поговоришь. Познакомишь нас и я уйду на полчаса. — Кузнецов явно не рад тому, что говорит. — Согласись, нормальный мужчина не потерпел бы никаких встреч своей девушки с бывшими. А я нормальный, кстати.

— Он не бывший! — возмущение моё вырывается почти криком. — Он был мне другом всегда, хорошим другом. — говорю уже гораздо тише.

— Ему, я уверен, дорого обошлась такая дружба.

— Что ты имеешь ввиду? — не понимаю я фразы Тимофея.

Кузнецов сбрасывает скорость перед, невесть откуда взявшейся, пробкой.

— Тяжело ему пришлось, красавица. — я непонимающе смотрю на мужчину. — Дружить с тобой было тяжело. — машина совсем останавливается и Тимофей впивается в меня взглядом. — Вероятно, он очень благородный человек, если не стал переводить дружбу в то, чего ему действительно хотелось. И сбежал он подальше, я так понимаю, чтобы не дать слабину.

Я сижу с приоткрытым ртом, не замечая этого.