Жена князя Луны

Сев, она аккуратно спустила ноги на пол и довольно вздохнула: соприкосновение голых ступней и гладкого, теплого меха было приятным. Встав, она бросила взгляд вниз, на себя. Что ж, кто-то переодел ее в ночную рубашку.

– Надеюсь, это была Каэль, – проворчала Арфель, но немного успокоилась. Проснись она в чужой ночной рубашке, было бы страшнее. А так – кто бы стал похищать ее вместе со всеми чемоданами?

Подойдя к окну, она увидела, что, во-первых, это не окно, а застекленная дверь на балкон, а во-вторых, что щеколда изнутри. То есть при желании она может открыть щеколду и выйти на балкон.

– Откуда идет свет? – Травница с любопытством оглянулась, но не нашла, откуда исходит мягкий, рассеянный свет.

– Частично от потолка, частично от стен, леди Льефф-Энтан, – раздался мелодичный голос, и Арфель подскочила на месте.

Каэль безуспешно пыталась научить подругу драться, но не с колдовским очагом травницы пуляться огненными шарами. Но сегодня госпожа Хемм могла бы гордиться своей подругой: стихийный выброс Арфель превратил лежавшие на полу шкуры в стену из колючего кустарника.

– Леди, вы уверены, что вам можно использовать магию? – осторожно спросила незнакомка.

– А это не я, оно само, – кое-как выдавила Арфель. – Ты кто?

– Арийна, ваша служанка. Я хорошо знаю обязанности прислуги и при необходимости смогу защитить вас при помощи своей магии. Я одна из немногих магически одаренных волчиц. Для меня большая честь встать рядом с вами.

– И сколько лжи ты сейчас произнесла? – устало вздохнула травница и потыкала пальцем в колючий куст.

– Не очень много, – спокойно ответила Арийна. – Я еще не знаю вас, но Князь Луны не тот оборотень, что польстится на ничем не примечательного человека. И я в любом случае рада защищать его ша-раарти. Я не замужем ровно до тех пор, пока охраняю вас.

Арфель хмыкнула:

– А ты не хочешь замуж?

– Мой избранник часто посещает Империю, – тихо сказала Арийна. – Я знаю, что человеческие девушки страдают от Соглашения. И знаю, что мои муки ничтожны по сравнению с тем, через что проходят имперки. Но разве может стать легче оттого, что кому-то хуже, чем тебе?

– Не может, – согласилась Арфель. – А чем тебе плохо?

– Он приносит на себе чужой запах, – Арийна вздохнула, – и хочет близости. Близость без возбуждения мучительно неприятна. А испытать радость и удовольствие от соития невозможно, пока на нем есть чужой запах.

– То есть он тебя насилует, – подытожила Арфель. – Я не перестану нуждаться в твоих услугах до тех пор, пока ты не захочешь иного.

– Спасибо. И нет, не насилует. Я же давала свое согласие, – судя по шороху, Арийна пожала плечами, – просто мне было неприятно. Я могу убрать куст?

– Да, да, конечно. Буду благодарна.