Жена по праву

Что ему стоит догадаться, что я не Валери, сболтни я пару неловких фраз?! Буду есть и молчать — по завету из детского сада — когда я ем, я глух и нем.

— Мы друг друга почти не знаем, Лера, — произнёс в тишине Адальхарт. — Расскажи, что ты любишь?

Взгляд лорда стал мягче то ли от вина, то ли отчего-то ещё.

— Рисовать, — призналась ему.

— Рисовать?! — скривил брови инквизитор. — И как? Что ты рисуешь?

— Разное. Людей, пейзажи — всё, что вдохновляет. Правда, в последнее время меня ничто не вдохновляет. Но вот сегодня кое-что было, и снова захотелось.

“Супруг” подпёр подбородок локтём, слушая меня со всем вниманием. Глаза его сверкали в отсветах свечей, и он казался мне весьма милым мужчиной и приятным собеседником, а вовсе не ужасным инквизитором.

— Я бы посмотрел на твои рисунки. Вина? — предложил лорд, подав бокал. — Только не разбей на этот раз. Я держу.

— Спасибо, — приняла вино из его руки.

Наши пальцы соприкоснулись, мы поглядели друг на друга, и я ощутила волну горячего тепла, прокатившуюся по телу. Слегка вздрогнула.

— Держу, — повторил Адальхарт, и, только убедившись, что я крепко взялась за бокал, отпустил. — Роберт. Привыкай называть меня по имени.

Голос “мужа” понизился до пробирающей хрипотцы, взгляд волнующе потемнел.

— Спасибо, Роберт, — проговорила я, борясь с дрожью в голосе.

Какое красивое у него имя, близкое. Так и хотелось его шептать, сгорая в его объятиях.

— А что ты любишь, Роберт, расскажи?

11

— Расскажи, я хочу узнать ближе своего супруга, — я обвела взглядом его острые скулы, широкие плечи и остановилась на вздымающейся от глубокого дыхания груди.

Чарующий мужчина, жаль мы встретились не при тех обстоятельствах."

"Попробую его разговорить и напоить, чтобы уж точно на меня сегодня не покушался. А дальше? Дальше будет видно… Валери, солнышко, борись!

— Хм-м, что я люблю? — поморщился Адальхарт, пронзив меня взглядом, словно копьем — в самую душу. — Люблю, когда мне говорят правду, Лера.

— Никто не любит, когда их обманывают, — согласилась я, пряча лицо за бокалом и делая глоток.

Отставляя вино, заметила, как задрожала рука. Адальхарт накрыл мою ладонь.

— Драконы не выносят лжи, — проговорил он, опасно меня разглядывая.

Глаза его переливались сумеречным сиянием в тусклом свете спальни, и мне делалось от этого очень-очень страшно.

Он что-то подозревает. Провести инквизитора — глупый план, Валери! Как ты на это решилась?! Понятно, ты же собиралась отсиживаться в другом мире, в другом теле, а отдуваться должна я. Как там моё бедненькое тельце? Я отпросилась бы в ванную, потормошить зеркальце, но сердце чуяло — сейчас меня никуда не отпустят.

Застучали и зубы, а сердце заколотилось, как у бешеной белки, готовое выпрыгнуть из груди.