Жена повелителя эльфов

"

"Имело значение только то, что я сейчас чувствовала, и то, что ощущал Тайронир — а отголоски его эмоций передавались мне по нашей связи.

Как все-таки хорошо иногда поддаться своему душевному порыву и отдаться моменту. И мужчине, которого хочешь.

Глава 52

Верисель орт Дартен

Очень не люблю, когда что-то идет не так, как я хочу.

С тех пор, как Ленариэль каким — то невообразимым образом обрела элитари, все планы медленно, но верно катились грифону по хвост.

Столько лет подготовки, интриг и, казалось бы, до мелочей выверенных шагов — и вдруг, в одночасье, выясняется, что цель недостижима из — за капризов одной взбалмошной принцессы.

Да, в этом с Тайрониром, моим когда — то другом, я был полностью согласен — Ленариэль непредсказуемая, легкомысленная, думающая лишь о собственной сиюминутной выгоде девчонка, которая своим поведением больше всего напоминает злого капризного ребенка.

Но если это так, то почему мы, двое взрослых мужчин, сходим из — за нее с ума?

Я заметил, что совсем недавно повелитель стал относиться к ней не просто, как к средству укрепить собственную власть, но и как к той, о благополучии которой он искренне печется. Правда, он искренне убежден, что Ленариэль носит его ребенка, тогда как я знаю, что это не так.

Пыльца цветов вирсении — прекрасный стимулятор женского либидо. Она не ошибается. Женщина, попавшая под ее действие, не может противостоять первобытному зову природы, и выбирает мужчину, который кажется ей более всего подходящим для продолжения рода. Разумеется, если мужчина рядом с ней в этот момент всего один (и я позаботился об этом), шансов избежать близости у той, что одурманена пыльцой вирсении, нет. Ленариэль была обречена стать моей.

Вот почему использование пыльцы без ведома и согласия обоих партнеров под строжайшим запретом и строго карается законом. Но я рискнул и получил свою награду. А победителей не судят, верно?

После того, как Ленариэль попала в мою постель, было совсем легко убедить ее в том, что она должна выбрать меня, а не Тайронира, в мужья. Тогда я еще надеялся обойтись без того, чтобы убивать того, кого когда — то считал другом. Те времена прошли. После того, как эта юная дурочка соединилась в обряде с повелителем, выбора у меня не осталось. Я убью Таронира. Иного способа завоевать трон, и вернуть Ленариэль нет.

Вместе с тем к открытому противостоянию я не был готов. Все должно было выглядеть, как несчастный случай.

Меня бесконечно злило, как Ленариэль раз за разом ломает мои планы, даже сама не зная об этом. Можно было бы, конечно, заподозрить ее в исключительном коварстве, осведомленности и в том, что это она, а не я полностью контролирую ситуацию. Но это было бы с моей стороны глупо.