Жена самурая (СИ)

— Нарамаро, конечно, никогда мне не прикажет, — он пожал плечами. — Мы поклялись тогда Фухито. Но меня… — он сделал паузу, подбирая нужное слово, — меня беспокоит Хиаши-сан. И то, что он внушает Томоэ. Мы ведь даже не читаем ее письма деду, — Такеши выразительно посмотрел на Наоми, и она почувствовала, как на щеках проступил легкий румянец."

"— Что она может писать, она еще слишком мала. И что опасного может писать Хиаши-сан такой маленькой девочке?

— Например, что ты ей не мать, — раздельно произнес Такеши. — Я думаю, Хиаши-сан через Томоэ хочет вернуть себе былую власть и влияние.

Фухито очень хорошо знал, что делал, когда просил меня позаботиться о дочери. Он никогда не смел идти против главы своего клана, но он во многом не соглашался с Хиаши-саном. Если бы он не был моим другом…

Он резко замолчал, оборвав себя на полуслове, потому что услышал доносившиеся из коридора шаги. А через мгновение в спальню вошли служанки, держа в руках подносы с яствами — множество маленьких тарелочек, кувшинчиков, подставочек и пиал. Ни он, ни Наоми не проронили и слова, пока девушки с поклонами не скрылись за дверьми.

— Раньше ты не опасался говорить при слугах, — задумчиво произнесла Наоми.

— Глупость свойственна молодости, — отшутившись, Такеши ушел от прямого ответа. Он взял палочки и подцепил к себе на тарелку несколько кусочков рыбы и пару шариков из риса.

— Если бы Фухито не был моим другом, и Акико не была в девичестве Фудзивара, к Хиаши-сану сейчас никто не прислушивался бы, — Такеши продолжил прерванную мысль. — Нарамаро слушает его, потому что у него нет выбора, — он хмыкнул. — Но время Фудзивара — в былом величии, в котором себя запомнил старик — ушло, — жестко закончил он.

— Пора рассказать Томоэ, как умерли ее родители, — Наоми некоторое время раздумывала над своими словами, прежде чем решилась заговорить. — Я знаю, раньше я считала иначе… но то, что ты говоришь!.. давай отдадим ей часть писем отца и их с Ёрико дзисэй?

Отложив в сторону палочки, Такеши задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Я не хочу ее терять. Ни ее, ни Хоши, — глухо сказала Наоми, отвернув в сторону лицо.

— Не потеряешь, — спокойно возразил он.

Тот, кто не знал Такеши, мог бы даже подумать, что он говорит мягко. — Они просто взрослеют и проверяют степень того, что им дозволено.

— Ты тоже проверял? — она улыбнулась, представив маленького Такеши.

— Конечно, — он широко ухмыльнулся. — Отец выпорол пару раз, и я как-то поумерил свой пыл. Но, видишь ли, поскольку в моем клане не бьют дочерей… придется разговаривать.

Наоми рассмеялась, хотя не было похоже, чтобы Такеши шутил. Во всяком случае его лицо хранило серьезное выражение.