Жена самурая (СИ)

Масахиро, расскажи Наоми-сан все, что ей необходимо знать о поместье, — закончив завтрак, приказал Такеши и тотчас поднялся, уверенный, что все будет исполнено в полном соответствии с его словами.

Наоми проводила его растерянным взглядом и сжала под столом кулаки. Он обещал ей пару дней отдыха, и она не думала, что ее появление за завтраком будет воспринято им так. Словно она уже полностью окрепла. Словно всего лишь несколько дней она не пережила попытку отравления…

Что ж. В клане Минамото было мало жалости.

— Госпожа, идемте, — Масахиро смотрел на нее с легким прищуром, и Наоми увидела в нем пренебрежение и насмешку.

Она вскинула голову и поднялась, стараясь не шататься и не кривиться, оберегая раненый бок.

Следующие несколько часов Наоми провела, пытаясь запомнить все то, что рассказывал ей Масахиро. Он показал ей поместье, заставив обойти даже отдаленные его уголки. Земли Минамото оказались намного больше, чем она себе представляла, и не ограничивались садом, главным домом и постройками для слуг. Она увидела также тренировочные площадки, конюшни, казармы для солдат, оружейные, мастерские, две кузни, небольшой молитвенный домик и то, что поразило ее больше всего — заброшенные минка, в которых некогда жили представители клана Минамото.

Пустые дома с темными проемами вместо дверей. Внутри них гулял ветер, разбрасывая по татами старую, сухую листву."

"Наоми поежилась и обхватила ладонями плечи. Ей хотелось спросить множество вещей, но она чувствовала исходившую от Масахиро неприязнь и не хотела говорить с ним больше, чем необходимо.

Впрочем, едва ли она получит ответы на свои вопросы, если вообще решится когда-либо их задать. Минамото не придется это по душе.

Масахиро сказал, что теперь именно ей придется вести все дела поместья. Не только устраивать редкие встречи гостей, но и следить за провизией, за состоянием казарм, за слугами и сотней других мелочей.

У Наоми голова шла кругом, когда она лишь думала об этом. Никто не учил ее, не показывал, как должно управлять поместьем, как справляться со всем.

Она безумно устала за едва начавшееся утро.

Масахиро будто нарочно провел ее по всей территории поместья, не обращая внимания на ее медленную, неловкую походку и редкие гримасы боли. Он обращался с Наоми будто бы почтительно и вежливо, но в то же время надменно и свысока. Словно считая себя вправе ей не подчиняться.

Масахиро не был одинок в своем поведении. Многие в поместье смотрели на нее с недоумением, не понимая, отчего они должны считать госпожой молодую, слабую девушку в кимоно, на котором даже не было вееров Минамото.

Наоми с трудом, но смогла сохранить лицо до самого конца их долгой прогулки.