Жених с браком. Наследник

Неужели ждала меня? Что ты делаешь со мной, ведьмочка?

Тихо подкрался к Марине и, присев возле дивана, осторожно провел рукой по ее щеке. Она сморщила носик и сквозь сон пробормотала мое имя. Это был слишком точный удар под дых.

Собрался взять ее на руки и перенести в спальню, уложив в постель. Но Марина вдруг вздрогнула и подскочила на диване.

Села, потирая глаза спросонья, и удивленно посмотрела на меня, не совсем осознавая, где она и что я здесь делаю.

Все-таки не выдержал, нежно обхватил пальцами ее подбородок, потянувшись к манящим, дурманящим здравый рассудок губам. Но Марина перехватила мою руку и тряхнула головой, будто пытаясь прогнать наваждение.

— Нет, я хочу… — твердо сказала маленькая ведьма, сжимая мою ладонь.

— Давай все твои «хочу» перенесем на завтра, сейчас спать пора, — отмахнулся с показной небрежностью, потому что не знал, сколько еще смогу сдерживать себя, находясь так близко с девушкой, которую желаю больше всего на свете.

— Я думаю, ты найдешь для меня пару минут, если захочешь, — сердито заявила, складывая руки на груди. — Ты же знаешь, я не отстану!

— Пару минут? Звучит обидно, — язвительно протянул и усмехнулся.

Поразмыслив секунду, Марина поняла, на что я намекаю, поэтому залилась румянцем и шумно выдохнула.

— Вла-ад! — с укором протянула она, а мне нравилось, как звучало мое имя из ее уст.

Примирительно поднял руки вверх и улыбнулся, заметив, как теплеет лазурный взгляд девчонки.

— Говори, — все же разрешил я.

И дело было вовсе не в том, что иначе Марина бы «не отстала», как она сама заявила. Нет, я просто хотел слышать ее приятный, чуть сипловатый после сна голос. Однако тема разговора вмиг вернула меня в реальность.

— Речь об Илье и его обучении за границей, — начала она, но, видя, что я собираюсь ее остановить, прикрыла мне рот ладонью. — Выслушай, пожалуйста!

Быстро, чтобы не дать мне себя перебить, затараторила, пытаясь уместить в свой короткий рассказ все, что произошло с Ильей. Я слушал внимательно, пытаясь разобраться в ее рваных фразах и путаных эпизодах. Но суть я все же уловил. Марина пыталась доказать мне, что мы выбрали для Ильи неподходящую профессию.

Но больше меня поражало то, с какими эмоциями и надрывом она говорила, по сути, о чужом ей человеке! Когда Марина успела так привязаться к моим родственникам? Впрочем, неудивительно, что в ее большом, чистом, пусть и раненом, но по-прежнему добром сердце нашлось место для детей.

— Подарок Ильи мне — военный роман — был чем-то вроде крика о помощи! — старалась воззвать к моим чувствам, не сумев рассмотреть их под мрачной маской. — Знаешь, по типу записок: «меня держат в подвале, помогите, пожалуйста».