Женись на мне

 — Невозмутимо ответил Николай и аккуратно отправил в рот кусок мяса. Для создания атмосферы кровожадности, наверное.

Мама, Вероника и Фимка (брат с любопытством косился на «гостя») продолжали ужинать и общаться, как ни в чем не бывало. Антон помогал им поддерживать эту атмосферу. Отца совсем перекосило.

— Я бы хотел поговорить наедине. — Незваный гость едва сдерживал ярость, что было слышно по его голосу, но что-то предпринять боялся.

— В моей семье не принято хранить друг от друга секреты. — С угрозой ответил мой муж. — Или говори здесь, или уезжай. Тебя здесь не ждали.

Я заметила, как гримаса ярости промелькнула на лице родителя, но он резко выдохнул, пытаясь взять себя в руки.

— Ладно. — С отвращением сказал он. — За сколько ты продашь мне Верку?

Я в ту же секунду почувствовала, как внутри моего мужа развернулся ураган, и чтобы он не выплеснулся наружу, схватила его за руку. Коля заметно расслабился.

— Я своей семьей не торгую. — Сказал он так, что мужчины, стоящие за спиной отца, вжались в стену, пытаясь выбраться из столовой в порыве паники.

— Ну, да…, - не поверил отец. — Именно поэтому ты сидишь за столом с любовницей. — Выдал он совершенно безумную вещь.

Николай удивленно посмотрел на меня. Я удивилась не меньше. Даже мама прошлась по мне оценивающим взглядом. А я вдруг поняла, что сейчас в дорогом платье, с прической и подходящим макияжем совершенно не походила на ту напуганную и некрасивую школьницу, которой меня запомнил отец.

Я сдавленно хрюкнула от смеха. Потом и вовсе расхохоталась в голос, выдавив из себя:

— Вот придурок. Л-любовница…!

Даже мама заулыбалась, глядя на меня, а Вероника и вовсе поддержала мое веселье.

— Верка? — Наконец дошло до отца, когда я уже начала успокаиваться.

Я снова засмеялась, теперь уже добившись от себя устойчивой икоты.

— Ты как? — Николай подвинул мне кружку с компотом.

Я быстро выпила предложенное и кивнула. Нужно успокоиться, а то так и до истерики недалеко.

— Нормально. — Просипела.

Коля тут же переключился на взбледнувшего мужика, стоящего посреди столовой.

— Как ты посмел назвать мою жену любовницей? — Громыхнул он так, что даже подготовленная мама подскочила на стуле. Антону даже пришлось приобнять ее одной рукой.

— Я… я же думал…. Верка же страшная, как смертный грех. Да я ей мужика подобрать не мог даже по отретушированным фотографиям. — Прошелся родитель по моей внешности.

Хозяин вскочил на ноги, но я повисла на нем, обхватив поперек пояса."

"— Коль, не стоит он того. — Прошептала в напряженную спину. — Не пачкай руки. Для него хуже всего безденежье, которого он никогда не знал. Просто размотай его финансово и все.

Коля повернулся ко мне, вынудив меня отпустить его, и с нежностью на меня посмотрел.