Жесткий рок

Многие думают, что за рулем какой-нибудь стритрейсер, а эти знаки дают понять, что там всего лишь я.

Дорога, и правда, отвратительная. Еду очень медленно. Антон никогда не пишет, если я в дороге, но я уверена, он уже злой. Не чувствую вины, ведь телепорт еще не изобрели.

Въезжаю в поселок и быстренько нахожу дом Дэна с помощью навигатора, но на дороге очень глубокая колея, и я никак не могу съехать с дороги, чтобы припарковаться у ворот. В этот момент мой телефон звонит.

Наумов.

Вздыхаю и беру трубку.

– Да?

– Ты уже должна была подъехать, – сообщает он.

– Я подъехала.

– Ну и где ты тогда?

– Не могу припарковаться.

Кладет трубку.

Через три минуты мой прекрасный принц появляется перед капотом машины. Без куртки. На нем джинсы и рубашка.

Опять вздыхаю.

Он красавчик и он хмурится.

Открывает водительскую дверь и спрашивает, осмотрев меня с головы до ног:

– Села на жопу, Алёнушка?

Фыркаю и отстегиваю ремень.

– Села на бампер, Наумов.

Он дожидается, пока я выйду и сграбастывает меня в охапку. Обнимаю его за шею и жмусь в ответ, опустив веки и делая вдох. На глаза наворачиваются слезы. Я его еще не потеряла, но мне уже больно. Антон переносит меня на сухое место и ставит на ноги. Целует мои губы, мнет мою задницу. Эти манипуляции, как правило, идут в комплекте. Удовлетворившись, он прикусывает напоследок мою губу и идет к машине. Запрыгнув на водительское сидение, сдает назад и ловко выкручивает руль. Под его руководством моя машина просто-таки выпрыгивает из этой проклятой колеи.

Мужик, что с него возьмешь.

Антон паркуется с филигранной точностью под кирпичным забором Дэна рядом с другими машинами, и я отмечаю, что моя здесь самая эпатажная.

Когда он подходит, снова висну у него на шее, и он продолжает движение уже со мной в качестве галстука.

– А ты на чем приехал? – спрашиваю, потираясь носом о его щеку.

– С Вадиком, – отвечает, целуя мою в ответ.

Как же я люблю его. Не представляю, как буду без него жить. Не представляю, как смогу быть с кем-то после него…

Когда заходим в дом, вынуждена отклеиться. Антон помогает мне раздеться и берет за руку.

– Ого! – искренне восхищаюсь я.

Дом большой и просторный. Двухэтажный. Лестница по центру, справа большая комната, вроде гостиной, слева коридор. В большой комнате играют дети, их там штук пять, не меньше. Самая взрослая среди них девочка вскакивает на ноги и подлетает к нам. На вид ей лет шесть.

– Антон, это твоя девушка? – пищит она, рассматривая меня со всей детской неискушенностью. – У нее волосы синие!..

Антон трепет малышку по светлой макушке и говорит:

– Это моя Алёнушка.

– А я Аня, – представляется она, прильнув к ноге Наумова.

Я не сразу отвечаю, ведь все еще смакую это «моя Алёнушка».

– Привет! – говорю и спрашиваю, указывая на свои волосы.