Мама для дракончика или Жена к вылуплению

"

"— Я понимаю, что придворные считывают настроение Его Величества по движению бровей и прочим мелочам, но я все же не придворный, а все больше в имении штаны просиживаю. Можно мне попроще?

— Император гневается на весь состав попечителей Опекунского Совета, во главе которого имеет честь стоять. Выяснилось, что эти болваны куда-то еще два года назад потеряли дублирующую печать виконтов Эйшир, которая им была доверена высочайшей волей Императора. Потеряли, а сообщить об этом испугались. Первый управляющий исчез вместе с печатью, но никому и в голову не могло прийти, что он мог действительно провороваться и сбежать с ней, хотя так говорят простые люди. Но управляющий от Опекунского совета всегда связан сильнейшими клятвами, он просто не мог украсть! Поэтому, когда в виконство назначали нового управляющего, то негласно ему давали приказ: найти печать. Без печати ведь там и делать-то нечего. Новые управляющие искали: сперва дом обыскали, потом окрестности прочесали. Не найдя, возвращались в Совет, докладывались, что ничего сделать невозможно. Но наверх эти бумаги никто не пускал — сановники из Совета не желал докладывать о проблеме в своей системе, хотели сами как-то тихонько справиться. А не вышло — так и вовсе попытались дело это замять и с концами. Кто там будет разбираться. Они и жалобам разным ходу не давали специально, чтобы головы их же и не полетели. И все с именем императора, с доверенной им властью и так далее и тому подобное, — герцог махнул рукой.

— Так что же теперь, нашли кольцо? — подобрался я.

— Нашли того первого управляющего, как говорят, проворовавшегося. Следователь-то у меня не в пример лучше работников Опекунского совета, как оказалось. Он и доказательства все собрал, чтобы совет-то все-таки перетрясти и заставил-таки их признаться, что нет у них печати. Он же слуг опросил и вообще всех, кто видел в тот день управляющего, отследил его по свидетельствам очевидцев... Магии-то этому следователю Боги немного отсыпали, да еще и специфическая вся: ни стихийной, ни растительной — не может он ни урожай повысить, ни врага ветром отбросить. А может вещи искать потерянные. Недалеко правда, но зато упрям чрезмерно и, если примется...

— И что же?

— Нашел. На дне озера он первого управляющего нашел, точнее, то, что от него осталось, — я ахнул со смесью восхищения и досады. Лучше бы, конечно, живого, чтобы допросить, да еще лучше с кольцом, но даже и так — еще шаг в расследовании. — Кости одни, истлевшей тканью обмотанные. Но пряжку ремня приметную и кинжал слуги опознали, а коллеги тоже подтвердили. Верно, значит, что человек под клятвой не смог бы навредить виконству.

— Да только человека этого убить можно, — досадливо добавил я. — И печать украсть.

Герцог Морбертон недовольно кивнул.