Живой журнал

— Да-а? Ну и как её зовут? — иронично кривит рот Самойлова.

— Её зовут Наташа.

— Ах, Наташа? И как давно вы вместе? С сегодняшнего утра? — Самойлова смеется.

— Давно, Ир. Уже шесть лет.

— Понятно, — медленно тянет Ира. — А теперь скажи, когда ты собирался расстаться с ней?

— Я? С ней? Расстаться? Ир, ну вообще-то, всё, что я собирался с ней сделать, так это заехать к ней сегодня в час дня, чтобы кое о чем договориться.

— И о чём именно, позволь тебя спросить? — Самойлова начала судорожно грызть губы.

— Ну, я хотел попросить Наташу подождать, пока у меня с тобой… всё… не закончится.

— Закончится? Андрей, что значит «закончится»? — Самойлова даже растерялась. — Подожди, ты что же, ты хочешь сказать, что ты заранее поставил крест на наших отношениях?.. Так, ну и как долго ты давал нам? Нет, мне просто интересно… Ну, сколько, скажи? Шесть лет? Год? До первого скандала?

— Два-три дня. Максимум — неделю.

Самойлова с ужасом на меня смотрит."

"— Два-три дня? — Хриплый шёпот, испуганный взгляд. — Андрей, за что ты меня наказываешь? Ведь ещё утром у нас всё было по-другому.

— По-другому? — Я поднимаю бровь.

 — Ир, прости, пожалуйста, а что конкретно у нас с тобой было «по-другому»? Ты утром смылась. Я тебе позвонил. Ты начала ломать комедию. Я бросил трубку. Ты перезвонила. И мы решили встретиться.

— Но я думала, что ты… меня… — Ира запинается.

— Ты решила, что я тебя люблю. Так? — уточняю я, и Самойлова нервно, но с готовностью кивает. — Понятно… Ир, а скажи мне, пожалуйста, я сам когда-нибудь тебе говорил, что я тебя люблю? Не любил — а именно люблю? — Снова её кивок, но теперь медленный и отрицательный. — Вот именно. Так с чего же ты взяла, что я тебя люблю и у меня в планах совместное с тобой проживание?

Самойлова поднимает на меня мучительно-растерянный взгляд:

— Андрей, ты её любишь? Ну, эту… свою… Наташу?

— Нет, не люблю.

— Тогда я вообще ничего не понимаю… Андрей, пожалуйста, объясни мне, — просит Ира, не сводя с меня огромных страдальческих глаз.

— Ну хорошо, — соглашаюсь я. Вздохнув, отлепляюсь от тополя. — Видит Бог, не хотел я этого разговора, но… В общем, ты сейчас узнаешь, какой я…

Подхожу к ней:

— Ну, давай начнём с того, что шесть лет назад убили одну маленькую девочку, которую я никогда не считал своей дочерью и невольным палачом которой я стал.

Когда я вышел из больницы, у меня было ровно два варианта хоть как-то устроить свою жизнь. В первом случае, я бы мог вернуться туда, где меня ждали. Во втором — начать свою жизнь заново. Откровенно говоря, был еще и третий вариант — самоубийство. Но поскольку я все ещё здесь, то его мы рассматривать не будем. Итак, я очень хотел жить, потому что считал, что у меня есть та, кому я действительно нужен.