Живучий

И как до сих пор этот юноша не превратился в него, она понять не могла. И теперь она пыталась понять, почему они не сделали того, что должны были сделать в первую очередь.

Почему они не задали вопрос, на который должны были узнать ответ, как только встретили столь странного человека. Кто же был этот их новый знакомый, с которым они заключили столь странный договор. Кто он? Но они так и не догадались его задать.

Никто из них.

И теперь их судьба находилась в руках этого странного зверя в обличье обычного человека.

Глава 8. Планета Керанос. Галорианский материк. Акорианские леса

Где-то за пределами планеты

– Ну и что тебе от меня нужно? – спросил стройный и подтянутый мужчина, с аристократической внешностью и волевым лицом, покорившим уже не одну сотню женских и не только сердец.

С лицом, говорившим о том, что он привык повелевать и отдавать приказы.

И спросил он это у вошедшего к нему гостя, который был полной противоположностью хозяину этого небольшого зала, встретившего своего гостя, без каких-то особых приветствий.

Сразу бросались в глаза первобытная ярость, звериная сила и какая-то совершенно дикая и необузданная жестокость вошедшего гиганта.

Тот, особо не церемонясь, прошел внутрь и занял одно из свободных кресел, усевшись напротив рабочего стола хозяина, за которым тот и сидел.

При этом сам аристократ спокойно восседал в своем величественном кресле, больше напоминающем какой-то трон одного их дикарей-правителей, сделанный из очень редкой породы дерева, которая практически не встречалась в мире.

Фактически все запасы этого дерева сейчас и находились в этой комнате.

И этот человек сейчас сидел и спокойно смотрел на вошедшего огромного дикаря, который будто только вчера снял с себя звериную шкуру.

И все говорило о том, что именно он, аристократ, является хозяином всего окружающего его великолепия.

И этого шикарно обставленного зала. И особняка, стоящего в прекрасном и ухоженном саду. И той земли, на которой этот сад был разбит.

Всего. Даже этого континента и этого мира.

И он имел на это право. Ведь это и правда был его мир.

А он был его богом.

И сейчас в его законные владения вторгся, пришел без предупреждения и уведомления другой бог. И в обычных условиях это означало открытый вызов его власти и силе, и объявление войны.

В обычных условиях. Но эти правила не распространялись на этих двоих. Ведь, как бы они ни выглядели со стороны и как бы сильно ни отличались, эти двое были родными братьями."

"– Так что ты хотел? – повторно спросил аристократ.

Дикарь молча осмотрелся кругом, а потом задумчиво ответил, сам спросив у хозяина этого кабинета:

– Про то, чтобы ты умер здесь и сейчас, можно не говорить?

И было не понятно, шутит он сейчас или произносит свои слова всерьез.