Живучий

Она придерживается тех же взглядов, только я не поняла, вроде в их семье все немного по-другому. Но тут все зависит от того как сложатся обстоятельства. – И девушка даже с каким-то вызовом посмотрела на меня.

Это чего, мне опять принимать решение?

Хотя я его и так принял, когда отбил у пиратов или спас тогда в лесу.

Мое — зверь в душе довольно шевельнулся.

Ему всегда было мало, и делиться своим он не любил.

– Надо хотя бы предупредить твоих родителей, – предложил я девушке.

– Если есть такая возможность, то конечно, – ответила она.

– Есть, – сказал я.

Все-таки не зря я натырил столько литературы и книг у разных людей.

Тем более я разобрался с помощью своего анализатора, как считывать информацию с инфокристаллов, при этом не повреждая ее. Так что способ, как это сделать, у меня был.

– Неус твой родной отец? – спросил я у девушки.

Она удивленно взглянула на меня.

– Да, – несколько настороженно ответила она.

Я усмехнулся и сказал:

– Тогда мне нужна твоя кровь.

И вытащил из своей сумки костяную миску, сделанную из черепа демона.

А что, я не эстет, а это очень сильные приспособления для любого магаритуалиста.

Более сильные способны дать только боги.

Но я как-то не подумал об этом, тогда в храме.

* * *Неус сидел в своем доме и пустым взглядом смотрел на то самое место, где полтора дня назад внезапно открылся портал, в который и провалилась его Маша.

Его девочка.

И он не смог ей помочь.

Их прорицательница и ведунья не смогла ничего нагадать. Будто девочку уже вычеркнуло из книги жизни этого мира.

Никто не мог вывести его из этого состояния.

Жена тоже не выходила из своей комнаты. Из красивой и статной эльфийки она превратилась в призрака.

Нет ничего хуже, чем не знать о судьбе своего ребенка. Даже  ее  смерть была бы лучшим выходом. Ведь в мире есть вещи и гораздо более худшие, чем смерть. А к осознанию безвозвратной потери со временем можно привыкнуть, свыкнуться с этой мыслью и знать, что их девочка попала в гораздо более лучший мир, чем этот.

Но вот так – безызвестность и тоска.

– Папа, – раздалось у него в голове, – папочка, ты слышишь меня.

Неус помотал головой. У него уже были галлюцинации и видения, будто Маша попала в рабство и ее  держат в какой-то клетке всю избитую и в крови.

А вот сейчас он слышит этот ее  такой родной и знакомый голос.

– Ну, папа, очнись же, – раздается настойчивое сердитое ворчание в его голове, – я не смогу общаться с тобою вечно.

И именно это несвойственная апатии эмоция заставляет выйти эльфа из ступора.

– Маша? – тихо произносит он, непонятно у кого спрашивая.

– Ну, наконец-то, – говорит она, – я уж думала, что не дозовусь. Это я.

И сразу сообщали:

– У меня все хорошо, не переживайте. Домой я пока попасть не могу.