Мой плен

Дальше все прошло по тому же сценарию — я спешно удалилась на кухню, больше всего переживая, что увижу своего голубоглазого охранника. К счастью никто не переступал порог кухни, все пообедали в том же веселом настроении, поблагодарили Седу, передали привет дяде Саиду и разошлись.

Этот день не просто прошёл, он пролетел! Седа не преувеличила, по поводу работы в таком большом доме. Но занять руки — это, наверное, было самое лучшее средство для меня, чтобы отвлечься. Я будто оказалась в совершенно другой жизни, не имея времени не то, что вернуться к изматывающим переживаниям, а даже просто присесть! Хотя один раз я все же присела, и то — Седа насильно посадила поесть.

Эта энергичная женщина в свою очередь при мне даже ни разу дух не перевела, поэтому отсиживаться было для меня не допустимым послаблением. Так я и бегала с ней на равных, радуясь свободе передвижения и не смея жаловаться на быструю усталость.

В течении дня я успешно адаптировалась и все больше узнавала об укладе дома. Почти сразу я поняла, что Седа заведовала бытовыми вопросами и поражалась, как она в одиночку держит весь этот дом на своих плечах? Но женщина поспешила развеять мои переживания, сообщив, что два раза в неделю приезжают горничные и под контролем делают основную уборку дома.

Что касается дяди Саида — он был главным на кухне, и еще отвечал за материальную целостность дома и финансовые вопросы: что-то закупить, починить, привезти."

"В основном я бегала хвостиком за Седой, помогая ей с различными хозяйственными делами и попутно изучая дом. На кухне я оставалась наедине с хмурым поваром и натирая очередную кастрюлю, не понимала зачем он вообще спрашивал мое имя?! Он постоянно обращался ко мне одним и тем же непонятным словом — чызг! Чызг — то, чызг — се, чызг — помой овощи, чызг подай сковородку… Я понимала, что это какое-то общее обозначение, и куда деваться — быстро привыкла к этому слову, как ко второму имени.

По дому я ни разу не передвигалась в одиночку, все время рядом была Седа. И чем больше комнат я узнавала в этом доме, тем больше в голове появлялось вопросов. Я не увидела ни одного стационарного телефона, ни одной вещи, которая бы стояла не на своем месте, или бесцельно проходящего человека.

Даже ни одного цветочка не было! Разве что — маленький кустик острого перчика на кухонном подоконнике, который однозначно принадлежал дяде Саиду.

Повсюду, я то и дело ловила взглядом камеры и почти на каждом углу натыкалась на мужчин в униформе, которые регулярно вели переговоры по рации. У каждого охранника здесь была рация. Даже хмурый повар и тот был с рацией!

Складывалось впечатление, что это был вовсе не дом, а хорошо охраняемая база!

Единственное куда мы не ходили, это левое крыло дома.