Мой плен

 Будто кол вживую вставили, после этой чертовой встречи!

Затягиваясь снова и снова, он пытался заполнить свое сознание этим дымом, туманом… чем угодно лишь бы заглушить единственно-верную мысль, что набатом отбивалась в голове — ему придется прогибаться под обстоятельства! Суки — грамотно расставили капканы, и теперь он так остро ощутил, как гневно мечется его упрямый зверь, как скалится в безысходности, но все больше отступает под авторитетным давлением стального ошейника.

Руслан, не изменяя своей натуре — продолжал упорствовать и напрягать уставший мозг, заставляя его работать и искать выход из положения, которое теперь, все больше напоминало лабиринт! Однако это были тщетные попытки.

Куда бы, он не направлял свои мысли, как бы не прикидывал шаги, не рассчитывал… все одно — с болью ударялся об очередной тупик… Тупик… ТУПИК — бл*ть!!!

Выехав на асфальтированную дорогу, он погнал на бешенной скорости, выжимая из автомобиля всю мощь, одержимый нетерпением скорее добраться до особняка.

С садистским упорством, его память без лишних прелюдий возрождала все — что он успел отвести на второй план. Свою цель, в которую он должен был бить и бить! Не отвлекаться, не пренебрегать ею! Но слишком поздно понял, как далеко зашел в своем отравляющем интересе, и как глубоко ошибался в своей власти над ситуацией…

А теперь он сам практически подставил себя под дуло пистолета, решив, что имеет права нарушать принципы и на крови, изученные правила! И ее и себя подставил, осталось только на курок нажать.

Отцы сделали из него добровольного палача своей судьбы, крепко удерживая на цепи, как придворного пса. Жестко напомнили Руслану — кто он есть и свою неизменную власть, не давая даже малейшего шанса на существование другого развития событий.

Вдавливая педаль газа, Руслан прокручивал в голове разговор с Севером, после которого должны будут произойти неминуемые последствия, вплоть до подъездной дороги к кованым воротам особняка. Его напряженный разум мгновенно переключился, пропитываясь яростью с запоздалым, но грубым воспоминанием о сложившейся ситуации в доме.

Машина Сокола стояла на территории, и Руслан даже не заметил, с какой силой сжал руль, чтобы без вмятин припарковать машину рядом.

Перчатки натянулись до скрипа готовые вот-вот лопнуть, пока он пытался усмирить огонь полыхнувший внутри. Он отдавал себе отчет в импульсивности мыслей, и был уверен в своих дальнейших действиях, однако ствол оставил на кожаном сидении ауди, прежде чем вышел из машины и направился к дому.

***

Я никак не могла успокоить дрожь волнения во всем теле. Седа то и дело усаживала меня, выпаивала какими-то успокоительными чаями, но я была как на иголках и меньше всего сейчас хотела, сидеть без дела. Ком стоял в горле.