Жизнь под чужим солнцем

И что все это значит?

«Она видела убийство», — спокойно сказал внутренний голос. Она видела, что произошло на берегу в тот вечер, потому что, повстречавшись с ребятками Василь Семеныча, никуда потом не пошла, а осталась на берегу. Может быть, она что-то заподозрила и спряталась, а может быть, увидела случайно. Но ясно одно — Алина знала, кто виноват в смерти Николая.

И почему же тогда она не захотела поднимать шум?

Ответ нашелся очень быстро. Потому что она любила деньги. Человек, который способен все утро писать идиотское, бессмысленное заявление, вместо того чтобы расслабляться на пляже, только потому, что ему пообещали какой-то гонорар, должен очень любить деньги. У Даши не раз была возможность убедиться: Алина экономила на всем, включая чаевые, но только не на себе. И, по всей вероятности, а также исходя из того, чем все закончилось, она попыталась шантажировать убийцу.

В новую версию укладывалось все — и Алинино нежелание обращаться в полицию, и то, что она пыталась убедить Дашу, будто все произошедшее — несчастный случай, и то, что ее саму в конце концов убили. Умная, прекрасно разбирающаяся в мужчинах Алина где-то допустила ошибку и неправильно оценила убийцу. Что же из этого следует?

Что убийца был женщиной, ответила себе Даша. В женщинах Алина разбиралась хуже и вообще оценивала их невысоко. Правда, остается открытым вопрос, как женщина справилась с самой Алиной, но еще интереснее, что же там была за женщина.

В памяти Даши всплыл тот вечер, когда она разговаривала с Николаем. Он что-то такое сказал… Что-то такое, что она должна вспомнить. Какую-то ерунду, которая никак не хотела вспоминаться, потому что была очень важной ерундой. «Вспоминай! — приказала себе Даша. — Вспоминай, черт возьми! Ты уже выяснила почти все совершенно случайно, неужели сейчас не сможешь сообразить хоть что-то сама?!»

Николай хотел узнать, как зовут Алину, но Даша ему не сказала. Тогда он ответил, что посмотрит в книге регистрации. В книге регистрации? Нет, дело вовсе не в ней. Потом он показал свою ногу, объяснил, что ее сильно свело и что он купаться больше не собирается. А еще… еще… Еще он как-то так забавно назвал Алину, каким-то совершенно неподходящим к ней словом. Каким же… Подружайка!

«Да ладно, у меня все равно сегодня свидание. С девчонкой почти такой же масти, как и твоя подружайка», — отчетливо проговорил Николай у нее в голове.

И Даша поняла.

«Почти такой же масти». Вот та ерунда, которую она пыталась вспомнить. У него было свидание с блондинкой, потому что Алина для него была именно блондинкой. И женщина, голос которой Даша слышала тогда из кустов, была блондинкой.

Если Алина ее шантажировала, значит, женщина из своих, из тех, с кем мы общались. Блондинка у нас Алла. И Сонечка, у нее же тоже светлые крашеные волосы.