Жизнь — жестянка (СИ)

А он очень здорово за все предыдущее время ослабел. А тут ты вернулась. Когда вы с ребятами ко мне с выпивкой завалились, знаешь как мне хреново было? Сидим, пьем, они мне рассказывают, какой Коршун парень отличный, а я-то знаю, что он прямо под нами в подвале сидит. Шефу, ясен пень, про ваш приход говорить не стал. Он бы мне реально башку оторвал за то, что я вас пустил. Но тут ты сама ему на глаза попалась. Как он сегодня орал! «Почему не доложил, что Ксения домой вернулась?» «Сам должен понимать, дегенерат, что теперь его в соседнем с ней доме держать опасно. У нее и ключ может быть. Этот мудак внизу ведь к ней дышал неровно». Я что-то мямлить стал, оправдываться, как мог. А он как подскочит, как мне в глаз даст…

Эту сцену я видела, так что подробности не интересны. Да и вообще Антона мне теперь как-то не больно-то жалко. Что ж за сволочная натура все-таки у людей? Вот сейчас вроде доброе дело делает. А на поверку? Почему только сейчас? Потому что в рыло получил и сильно обидно стало? Почему, когда видел, что с Коршуном творят, просто не отпустил его?.. Обрываю себя: ну это вряд ли… Это ж себе самому смертный приговор подписать… Ну ладно! Стукнул бы в полицию как-нибудь анонимно, по-тихому! Так ведь нет, молчал.

Возвращаюсь к злобе сего дня.

— А потом вы все куда пошли?

Смотрит удивленно. Пожимаю плечами.

— Я за вами в бинокль наблюдала. Очень уж мне Борзунов при нашей встрече странным показался. И говорил как-то странно и приехал не в своей машине с правительственными номерами, а на каком-то джипе непонятном.

Качает головой.

— Умный он все-таки мужик. И тебя, видно, хорошо знает. Я бы и не подумал. А он как увидел, что ты вернулась, сразу смекнул — будут проблемы.

— Ну поцелуй его за то, что он такой классный.

Антон сплевывает и смеется.

— Можно не буду?

— Можно. Так куда пошли? К Коршуну?

— Ага. Тогда-то я и услышал, что Борзунов приказывает подготовить все для того, чтобы перевезти парня в другое место.

— А еще что подслушал?"

"— Спрашивал он его про какие-то бумажки. Мол, не надумал отдать? А тот: «Иди на х.!» Ну один из парней Сереге по зубам. Борзунов прикрикнул, и они ушли от него. Потом еще какое-то время совещались. Решали как быть, куда его девать. Борзунов говорил, что тянуть нельзя — завтра все и надо сделать. Я должен проследить за тем, что ты из дома убралась, и тут же позвонить — мол, можно начинать.

* * *— Значит, он позвонит…

Это уже Стрельников, который, нахмурясь вновь и вновь прокручивает ситуацию. Я киваю.

— Он позвонит, как мы договорились, в 10 часов утра. Они приедут, чтобы Коршуна забрать, а мы проследим куда.

Кондратьев не согласен.

— Нельзя им давать довезти его до места. Там сложнее будет. И потом — риск. Может они его надумают довезти до ближайшего лесочка и в расход пустить.

Мне становится страшно.