Зимнее Сердце (СИ)
Наказание Локи за его преступления началось среди одинокой и бесконечной зимы. Заточение Тони за его самопожертвование началось со спасения. История об уродстве и красоте - внутренних и внешних - и об истинном значении слова "чудовище".
Единственный изогнутый кусочек мозаики, которую я могу видеть.
Локи тянулся к своим плечам, но после слов Тони он замер, что-то странное мелькнуло по лицу. Эмоция ли или мысль, она появилась и пропала до того, как он смог ее разобрать.
- Вероломство, - выдохнул Локи, его глаза сцепились с глазами Тони. Он выглядел ошеломленным. - Она хотела предать меня, как предал я. Она была уроком, - холодные руки сдавили плечи Тони, ключ кольнул резьбой между его пальцев. Лицо Локи осветило благоговейное понимание, вместе со страхом и надеждой. - Он не просто забросил меня сюда.
- Не понимаю, о чем ты.
- Возня, - выпалил Локи под тем же откровением, которое, честно говоря, слегка пугало Тони. Осторожные когти мазнули по его лицу, легко-легко и почти благоговейно. - Идиот.
- Эй, - слабо возразил Тони, но Локи уже шагал к двери. По-видимому, чтобы выпустить Наташу, по крайней мере, он надеялся на это. Что внезапно и волнующе позволило ему остаться одному в комнате Локи.
Оглядев захламленный беспорядок из разрушенной мебели и наполовину замерзшей обстановки вокруг, Тони обнаружил себя в нерешительности.
Мог ли отец Локи, приемный отец, который запер его здесь, предоставить им доступ, потому что они напоминали некоторые образы настоящих преступлений Локи? Какую-то отраженную его часть? Почему тогда Пеппер была допущена? За ее организаторские способности? И была ли у кого-нибудь из них способность к геноциду?
- Так и с ума сойти можно, - заявил Тони вслух, а затем осознал, что говорит сам с собой.
Решив подышать свежим воздухом на открытом балконе, он вышел наружу в морозную темноту. Легкий ветерок шуршал мертвой листвой где-то во дворе, но снег в этот раз не шел.
Вскинув лицо к небу, Тони был ошеломлен, когда увидел одну белую звезду, которая в сиянии удалялась от него посреди тонкого полотна снежных облаков. Не вечерняя звезда, и что бы это ни было, но давление от ее света ввинчивалось в глаза странным ощущением.
"Тони приветствовал ее средним пальцем и вернулся внутрь.
Положение и так уже довольно странное.
Асгард - Обсерватория
Хескамар запрыгнул на золотой насест.
- Никакого уважения. Острый ум, закаленное сердце и больные глаза. Хаос и свет. Он пахнет металлом и песком, - наклонив голову, ворон сиял золотыми глазами. - Ты очень рискуешь, Хранитель Врат.
Хеймдаль слабо улыбнулся, с усилием опуская свой великий меч.








